Межмировые капитаны для землянки (СИ)

Меня, конечно, раздражало то, что эти девицы рассматривали его как потенциального самца, поэтому в декрет отправился именно он. Командор пошел мне навстречу в такой милой прихоти, так как я дала согласие на участие в дипломатической миссии на Землю.

За те несколько месяцев, что я готовилась стать матерью, командору удалось протолкнуть в Межмировом Совете демографический проект. Суть проекта заключалась в том, что на Земле будет организован набор из желающих посетить Харму в качестве брачных туристок. Урок из неудачного завоевания родной Шарету планеты был извлечен. И сейчас решили пойти по дипломатическому пути. А то, что я родила девочку, позволяло мне диктовать условия, как самой известной женщине планеты. Первое, что я попросила, – это получение гражданства на Харме. Не для себя, а для моей дочери, которую Коста назвал Ади. На их древнем диалекте это означало “первая”. Я не была против, доверяя своим мужчинам. Тем более Коста изменился до неузнаваемости. Дома это был самый заботливый и внимательный мужчина на свете. Но на людях он мог по-прежнему строго посмотреть на меня, призывая к порядку, если я, по его мнению, излишне хорохорюсь и показываю свою независимость.

Максус ушел со службы и посвятил себя ресторану, который увлек его. И я даже начинала ревновать его к нему. Уж слишком много времени он начал там проводить. Но оказалось, что он готовил мне сюрприз. И на нашу первую годовщину устроил романтический вечер, который закончился фееричной ночью. Последствие этой ночи толкалось сейчас у меня в животе, напоминая о себе, когда я спорила с мужьями, что не могу отказаться от полета на Землю. Я так долго этого ждала. И сейчас не могла и не хотела отказываться.

Полет отложили, и, слава богу, не по моей вине. Он состоялся через три месяца после моих вторых родов. Долго думали и решали, как поступить в такой непростой ситуации. Да и командор уже поторапливал нас. И решено было лететь нашей большой семьей.

Я скучала по Земле, но не только желание увидеть родную планету толкало меня туда. Я надеялась, что самый родной и близкий мне человек – моя бабушка, жива. Я боялась признаться в своих страхах мужьям, искренне опасаясь, что, как только я озвучу эту мысль, она сразу станет правдой. Она была уже старенькой, и ничего не было бы удивительного, если бы горе от моего исчезновения подкосило бы ее и так пошатнувшееся за последние годы здоровье.

Все официальные встречи были позади. Дети вели себя идеально, совершенно не ощущая, что мы пересекли несколько галактик. Я оставила детей на Косту и Максуса, а сама в сопровождении Шарета отправилась на правительственном вертолете в глухую рязанскую деревню. Выбрала в сопровождающие Шарета я не случайно. Я боялась испугать бабулю своими хвостатыми мужьями.