Только между нами

Здесь чувствуется рука хорошего дизайнера, а мебель, стены, полы выглядят куда презентабельнее. И цветовая гамма очень подходит Матвею: серая с элементами пастельно-коричневого. Можно даже представить, что квартиру спроектировали специально для него.

— Почему ты вдруг решил переехать? — спрашиваю я, снимая туфли.

Матвей следит за каждым моим движением так, будто боится потерять из вида. Ну или будто в действительности не верил, что я приеду.

— Я давно об этом думал. Решил, что настало подходящее время.

Лёгкое смущение в его голосе настораживает, и через мгновение меня ударяет. Да ладно. Неужели это из-за меня? Вместе с этим озарением появляется странное нытьё в груди. Ну откуда он взялся такой? Трогательный мальчишка."

"— Красивая квартира, — хвалю я, бесшумно ступая по коридору. Волнений и сомнений, как в первый раз, уже нет, но и бравой уверенностью тоже не могу похвастаться. Интересно, кому-нибудь вообще удавалось легко и непринуждённо изменять своему супругу?

В сравнении с его недавним пылким поведением Матвей тоже кажется немного притихшим. Хотя, скорее всего, так он даёт мне возможность оценить его новое жильё. Наверное, ему даже важно моё мнение.

— Две комнаты, да? — уточняю, крутя головой по сторонам. — Аренда очень дорогая?

Последний вопрос явно лишний, ибо покушается на финансовую независимость Матвея, однако забрать свои слова назад я уже не могу.

— Я всегда трачу столько, сколько могу себе позволить, и лишь на то, в чём действительно чувствую необходимость. — Его слова на первый взгляд звучат спокойно, но в тоне читается вызов. — Не нужно за меня волноваться.

Я киваю в знак молчаливого извинения. Надо наконец выключить в себе желание думать за других. Для этого как минимум нужно в себе разобраться.

— Чай будешь? Или вино?

Я не удерживаюсь от улыбки.

— У тебя появилось вино?

— Подумал, вдруг ты захочешь.

— Пожалуй, лучше чай.

Кухня совсем не в моём вкусе, но всё равно хороша. Чёрный матовый гарнитур и серая гранитная стойка олицетворяют исключительно мужской дух. Матвею подходит. Не каждого человека можно переместить в лучшие условия и уверенно сказать, что он в них органично вписывается. Матвей же вписался, не прилагая никаких усилий.

— Садись. — Он выдвигает для меня стул. — Я пока чай заварю.

Мне одновременно смешно и странно. Кажется, Матвей не знает, как сменить образ обходительного хозяина на то, что нам обоим сейчас больше подходит. Ну или же считает, что, накинувшись, оскорбит меня в лучших чувствах. Я помню те его слова. Дело не только в сексе, и ему всё во мне интересно. Но сейчас ему не нужно меня в этом убеждать.

— Сядь лучше ты. — Проигнорировав выдвинутый стул, целенаправленно иду к гарнитуру. — Давай лучше я за тобой поухаживаю.