Между нами ничего не было

- А говорил, что ни о чем не жалеешь…

Улыбаюсь слегка. Касаюсь ее подбородка и заставляю посмотреть себе в глаза.

- Странно получается, да? Я не жалею о том, что было между нами, но сожалею о том, как с тобой поступил. Ты этого не заслужила. Я как подросток обиделся и как подросток вылил на тебя кучу дерьма. А еще я врал тебе, но никогда не врал внутри наших личных отношений. Все, что я делал, я делал, потому что хотел. Цветы? Разговоры? Папка? В этом не было необходимости, но я хотел этого. Такое вот противоречие…

Она слабо улыбается.

- Я поехал к Кристине сегодня, чтобы отдать ей украшения, - Кира вскидывает брови, а я жму плечами, - Когда мы разводились, я поставил ей мораторий на отношения с мужиками из моего круга. Я угрожал ей грязными видео, но сегодня все это было снято и забыто. Пусть делает что хочет. Я отдал ей украшения вместе с флешкой и попрощался.

- Не боишься, что она станет крутить романы у тебя на глазах?

- Мне плевать, - отвечаю тихо, глядя ей в глаза, - Я ничего не почувствовал. Мы с ней наконец-то поговорили откровенно, и она призналась, что никогда меня не любила.

Кира напрягается. А я продолжаю улыбаться абсолютно искренне…

- Я ничего не почувствовал. Пускай лечится на деньги от этих украшений, а потом делает что хочет — мне плевать. Я никогда не желал ей смерти, поэтому все отдал. И ты…если с ней что-то произойдет, я боюсь, что тебе от этого будет хуже. Моя месть уже не имеет значения. И ничего не имеет, кроме тебя и нашего ребенка.

Тянусь к ней, чуть касаюсь своим носом ее и прикрываю глаза. Сейчас моя душа поет «ша-ла-ла» во все возможные рупоры, и так хочется признаться! Черт…слова жгут мои губы, но я понимаю, что сейчас — это не время для признаний. Правда была произнесена, и теперь Кире нужно время все обдумать. Признания? В свете этой правды они могут прозвучать двусмысленно. Кира легко может списать мои чувства на банальное желание снова уколоть Кристину. Мол, ха! Смотри! Я тебе назло люблю другую.

Нет. Этого не будет.

Слова жгут мои губы, но они остаются немыми. Я нежно целую свою жену и шепчу только одно:

- Останься со мной. Не уходи.

Кира шумно выдыхает.

- Я знаю, что прошу тебя о многом. Тебе не нужно отвечать именно сейчас. Подумай над этим, хорошо? А пока…

Отстраняюсь и лезу в карман за письмом, которое кладу сверху книги.

- Может быть, я покажусь тебе наивным мудаком. А может быть, мне самому так нужен второй шанс, что я пытаюсь его всучить всем вокруг, но…она просила передать тебе это письмо.

- Я его не читал. Возможно, стоило бы, конечно, но я не стал его читать. Не знаю…вполне вероятно, я действительно придурок. Мы поговорили с Кристиной, и я ей поверил. Мне кажется, что она действительно хочет измениться. Все-таки я не верю в абсолютное зло и думаю, что в каждом из нас намешано и того и другого.