Между нами ничего не было

Сейчас с ним разговаривать я не готова вообще, поэтому вырубаю телефон, откидываюсь на сидение и говорю тихо:

- Я посплю немного? Устала.

- Конечно, сестренка. Домчим быстро, не волнуйся. Скоро окажешься в своей постели, отдохнешь как следует.

Нет, не отдохну. Дома меня ждет еще одно сражение...а это лишь затишье. Перед самой настоящей бурей...

Когда я открываю глаза, то до дома, в котором я родилась и выросла, оставалось примерно десять минут. Вот сейчас на одном из десяти светофоров загорится зеленый, потом мы проедем один квартал, повернем и до самого въезда в частный сектор. Там до конца к кромке леса, где стоит дом с красной крышей и зеленым фасадом.

Знаю. Странное сочетание цветов, но так захотела бабушка, а то, что хочет бабушка для деда — закон.

Помню, как он ворчал по поводу этого самого фасада. Пока красил. Бабушка стояла внизу стремянки, уперев руки в бока, и забавно морщила носик в ответ на каждое его недовольное слово. Это было мило. На самом деле, наверно, одно из самых теплых воспоминаний в моем арсенале: такой мне всегда представлялась любовь. Дед у меня суровый, огромный мужик. Максимально закрытый от внешнего мира. Его бы запросто можно было назвать «нелюдимым», а как модно сейчас — интровертом. У него и профессия, кстати, отвечающая всем внутренним требованием не видеть, не слышать, не контактировать с большим количеством людей — он у меня лесник.

Звучит странно, согласна. Немного даже пугающе, но на самом деле в моем дедушке нет ничего страшного. Вся его угрюмость — не больше спеси, которую если приподнять, прячет под собой нежную душу.

Она раскрывается рядом с бабулей. Всегда притом.

Наверно, поэтому я и вижу в их отношениях любовь? Ведь она никогда его не боялась, а наоборот. Сама подошла много-много лет назад, чтобы познакомиться, хотя о нем ходили не очень-то приятные слухи. Тогда на деревне (и это была действительно деревня, а не то, что сейчас — почти небольшой городок) о нем много говорили. Красивый, высоченный, статный, но злой как собака. Ему приписывали чуть ли не общение с Сатаной, потому что дедушкина семья жила рядом с кладбищем. А бабуле было все равно. Однажды я спросила: почему ты не испугалась? Она у меня была первой красавицей, представляете? Могла выбрать абсолютно любого мужчину себе в мужья, тогда почему? Его?

Бабушка улыбнулась мягко и прошептала мне на ушко:

Она тогда посмотрела в окно на деда, который колотил дрова. Солнце стояло, он в тени от яблони. Снова серьезный, угрюмый, закрытый.

А на ее губах улыбка…

Я мечтала встретить такого же человека. Знаете? Чтобы легло на душу и подгонять не нужно было, и долго мне казалось, что я встретила такого человека. Сашу.

Понимаете, о чем я говорю?

Когда выходишь замуж не из-за любви, а потому что так надо. Пора.