Между двух мужей

Еще теплым был стоявший на плите в кухне вегетарианский обед, в главной комнате надрывался голосами шоуменов большущий телевизор, на дощатом полу подсыхали влажные разводы – пол только что тщательно вымыли, и ведро с грязной водой даже не успели вылить, оставив его под навесом крыльца. Обе комнаты пустовали (в самой большой на видном месте стоял портрет Вадика с пересекавшей уголок траурной лентой), на второй этаж вела прочная лестница – там, наверное, была мастерская…

Наверху я некоторое время рассматривала расставленные там и сям странные конструкции из глины и гипса, причудливо переплетенные куски арматуры – лишь в очень немногих из них можно было распознать контуры каких-то фигур и предметов, большинство же «произведений» кардинально меняли очертания в зависимости от того, под каким углом к шедевру вы становились. За шуршащей целлофановой прозрачной занавеской белела ванна – оказывается, в мастерскую был проведен водопровод, и хозяйка имела возможность после окончания работы как следует отмыть руки и тело. И, судя по всему, она занималась этим совсем недавно: занавеска еще потела конденсатом, на краю ванны лежала мочалка-рукавичка с опавшими хлопьями мыльной пены и стоял флакон шампуня с отвинченной пробкой, а на отвернутом в сторону носатом кране набухали и срывались вниз крупные капли.

Странно, очень странно! Ясно: хозяйка недавно принимала водные процедуры и даже, похоже, прервала их на полдороге, потому что, хоть она и спустила воду, но не закрыла и не поставила на место флакон с шампунем, не сполоснула мочалку, не закрутила до конца кран. И потом! На первом этаже виднелись следы влажной уборки. А ведро с грязной водой стояло на крыльце, его не выплеснули и не вымыли, что обычно делают аккуратные хозяйки. Получалась странная картина: не довершив уборку, Раиса полезла в душ? Это же нелепо, более того – подозрительно и уж совсем не вяжется с версией о том, что, не закончив купание, она опять куда-то ушла. И, наконец, последним, что меня смутило, была кучка косметических салфеток со свежими следами снятого макияжа. Зачем ей снимать грим, если она собиралась уйти? Такого не позволит себе ни одна женщина!

Куда же ее черт понес, да еще в эдакую погоду? Под таким дождем? Не заперев дом? И к тому же она ушла не больше получаса назад! Я вышла из дома и вновь оказалась на мостике. Дождь лил как сумасшедший.

От злости, что я снова упустила убийцу, я несильно пнула ногой перильце – многократно промоченное насквозь дождевыми водами, оно оказалось трухлявым и с готовностью подломилось у самого основания.