Между Амуром и Невой

Многие солидные с виду купцы, а также некоторые банки (и не только сибирские) оказывались в это замешанными; следы вели даже в Москву и Варшаву! Плеве срочно выслал в Читу летучий отряд для проведения полного расследования, а пока Алексей воевал в одиночку.

Ходить во главе полицейских сил по кишащему каторжниками Забайкалью значило бы погубить навсегда «демона» Лыкова, и ему пришлось обстоятельно изменить внешность. Алексей сбрил бороду, оставил «солдатские» усы и наклеивал бакенбарды, дабы закрыть приметный шрам на щеке. Волосы он перекрасил в цвет воронова крыла и слегка завил. На нос нацепил очки с простыми стёклами, и даже научился с умным видом протирать их замшевым лоскутом… Только полицмейстеры и нижне-карийский пристав Закс-Гладнев, ставший его правой рукой в расследовании, знали подлинную фамилию сыщика. Александр Витальевич оказался на поверку, в изменившихся условиях, отличным полицейским офицером, инициативным и умным. Лыков всерьёз подумывал о том, как бы переманить его в Петербург.

Параллельно с выкорчевыванием преступной империи Бардадыма Лыков уничтожил и «этапную цепочку» Лобова. Людей Анисима Петровича без лишнего шума переводили в отдалённые тюрьмы, ревизоры областного присутствия наводили порядок в учёте. Также была перекрыта граница с Манчжурией и отставлены от службы продажные чины пограничной стражи. Сменили и начальника районного жандармского управления — за недогляд; полковник Потулов срочно заболел.

За всеми этими многочисленными и ответственными делами Алексею некогда было думать о Хогешат; он и не думал, а просто помнил о ней каждую секунду. Вареньку Нефедьеву, нижегородскую сироту и богачку, забыл совсем — и сам этому удивлялся. А чеченку помнил и мучался, и радовался, что дел сейчас так много. Первое время он ещё надеялся, что девушка вылечит Якова и потом придет к нему, скажет: «А теперь я твоя». Но куда придёт? К сыщику в командировке, который даже имени своего часто не имеет? А ещё он убил её старшего брата — на Кавказе это делает их отношения невозможными. Самое же главное: Алексей помнил, как она лечила Челубея; так хлопочут только возле любимого человека. Рослый красавец Недашевский, умный, образованный, с печатью благородного происхождения на лице, затмит в девичьем сердце трёх таких, как Лыков, и тут ничего не поделаешь… Это уже было с Виктором Таубе и Ольгой Климовой, и так, видать, будет всегда. В иную минуту Алексей даже грозил кулаком в зеркало своей заурядной физиономии."

"И наконец — он обещал Богу, что сам отойдет в сторону, если Хогешат вытащит Якова с того света!

Сведя все эти соображения воедино — он пробирался тогда с отрядом казаков верхами к манчжурской границе — Лыков смирился, и ему стало легче.