Мезальянс

- Ох! – этот возглас вырвался у меня непроизвольно, потому что я испытала настоящий шок.

- Дорогая, что такое? - спросила Кэнди, переглядываясь с сестрами.

- У меня… у меня… синяк на виске… - выдохнула я, глядя на синее пятнышко. Костяшки моих пальцев, держащих зеркальце, побелели от напряжения. Это было не мое лицо. Чужое!

На меня смотрела молодая женщина чуть за тридцать с темными волосами, уложенными в простую прическу. Красивой формы брови, аккуратный нос и чувственные губы. Верхняя была чуть больше нижней, что придавало женщине немного капризный вид. На этом лице я не заметила и грамма косметики, все было натуральным и естественным. Незнакомка была мила, но если привести ее в порядок, то могла стать даже красавицей… Эти мысли промчались в моей голове испуганной птичьей стайкой. Господи… что происходит?

Я несколько раз моргнула, чтобы удостовериться, что это действительно я. И незнакомка тоже моргнула, глядя на меня с той стороны зеркала карими, похожими на шоколад глазами.

- Действительно синяк! – присмотревшись, воскликнула Кэнди. – Ничего, милая, его можно слегка запудрить, а под шляпкой никто и не увидит эту безобразную отметину!

- Зачем ей пудриться? – недовольно произнесла Присцилла. – Этого еще не хватало! Пудра и румяна для… Вы сами знаете для кого!

- Миссис Джулия Пединстон пудрит лицо и подкрашивает брови! – Шерил сложила губки бантиком. – А, возможно, и губы! Они чересчур розовые для ее возраста!

- Миссис Джулия Пединстон может делать, что хочет. А у нас приличный дом! – отрезала непримиримая Присцилла, поворачивая ко мне голову. – Надеюсь, Миранда, ты это понимаешь.

Но мне было не до их разговоров о косметических средствах. Я старалась понять, каким образом я из блондинки крупного телосложения превратилась в эфемерное существо с глазами трепетной лани. Меня со старших классов называли Лидка Гренадерша за мой рост и комплекцию. Я на равных дралась с мальчишками, а потом и парнями. Они получали от меня хороших тумаков, если обижали девочек. Должники меня боялись, поэтому моя фотография на доске «Работник года» прописалась навечно.

Что ж… ладно… Я принимаю правила игры. Уж кто-кто, но Лида Говорова никогда не сдавала назад. Главное вспомнить, каким образом я сюда попала, а там разберемся.

- Миранда? Голос Присциллы вывел меня из раздумий. – Приличия. Ты помнишь?

- Конечно, - кивнула я, с ужасом представляя веселую жизнь, которая меня ожидала в этой сюрреалистической реальности. – Приличия прежде всего.

Посмотрев в окошко, я увидела, что мы въехали в город. Здесь были узкие улочки, вымощенные булыжником, двух, а порой и трехэтажные каменные дома, магазинчики с красочными витринами. И во всем этом киношном антураже расхаживали люди в нарядах викторианской Англии.