Метро 2035

А мы в нее – зубами. Это Он еще должен нас простить. Не знаю, простит? Я бы не простил на Его месте. Бог-отец никого не прощает. Весь Ветхий завет – сплошь войны и спецоперации. А Иисус, наоборот, прощал всех.

– Не читала. Библия для тех, кто не верит. Чтобы их убеждать. А если просто веришь, и все, тогда все эти сказки мимо тебя. Ладно. Поздно уже.

– А если она не вся разрушена? Планета?

– Спокойной ночи.

* * *– Спишь?

– Как же, поспишь с такими соседями.

– А если я тебе все-таки скажу, что не вся планета уничтожена? Если не все заражено?

– Тебе приснилось, что ли?

– Правда. Я знаю. Я слышал от человека. И не далеко, а тут у нас, под Москвой. Осваивают поверхность заново. В тайне ото всех. В Балашихе. Это по карте отсюда меньше часа. Там строят что-то. Форпост наверху. Значит, там земля позволяет…

– Сколько ты пробыл наверху без резины? И что с тобой стало? Подумай.

– А главное – они этот форпост строят рядом с радиостанцией. Это о чем говорит? О том, что они с кем-то связываются. Может, эвакуацию готовят? Представь себе: возвращение наверх! Надо только в Балашиху попасть.

– Кто это тебе сказал?

– Человек один. Какая разница?

– Тут много людей, которые рассказывают… разные вещи. Просто люди – и непросто. Нельзя всему верить. Нельзя ничему верить.

– Пошли со мной, а? В Балашиху?

– Нет.

– Ты думаешь, там нет ничего? Ты тоже думаешь, что мы – единственные? Что я зря таскаюсь наверх? Что я идиот бесполезный? Что у меня уроды родятся? И что все будет зря?

– Просто не хочется, чтобы ты умер. Вот именно сейчас очень не хочется почему-то."

"– Я и не собираюсь. Но я туда все равно пойду. Очухаюсь только – и вперед.

– Обними меня.

* * *– Глубже! Глубже! Что ты как целочка?!

– Ай… Мне больно!

– Заткни хайло, потаскуха. Хочешь, чтобы я тебя связал?

– Не надо. Не нужно, пожалуйста.

– Вы все ломаетесь. Все, суки, ломаетесь. Ты думаешь, я поверю тебе, что ты такая маленькая и чистенькая? Ты грязная, грязная тварь. И тебе нравится, когда тебя вот так… Когда тебя вот так… На кол когда тебя насаживают?

– Больно!

– А вот так?! Вот так не больно тебе?! На! На еще!

– Ублюдок… Если ты…

– Ты кто? Ты кто такой? А?! Ты что?!

– Мразь. Мразь. Мразота. Урою.

– Убивают! Охрана! Убивают! Убббби-и-и-и-и-и-и-и…

* * *– Тебе сегодня тут нельзя ночевать. Он придет вечером.

– Кто – он? Хозяин этот?

– Не имеет значения.

– У тебя этот шрам, на животе. От сигареты ожог. Это он тебя?

– Нет. Не он.

– Врешь, да? И у меня вот ожоги, вот тут. Это после той ночи. После той ночи, когда мы с тобой… Когда нас познакомили. Этот мужчина, который нашел меня в коридоре. Я полз, пьяный. Он меня подобрал и привел к тебе. Это он тебя мне отдал.