Три метра над небом. Трижды ты

– Ну конечно, я поставлю будильник, не проблема, а потом ты мне все как следует объяснишь.

И я встаю под душ.

Придя в офис, я вижу толпу людей, ждущую перед дверью.

– Добрый день.

– Добрый день, здравствуйте.

Со мной здороваются все, пока я пробиваюсь сквозь толпу, чтобы войти.

– Извините…

– Ничего страшного.

Наконец мне удается войти, и я встречаю Аличе.

– Добрый день, как ты?

– Отлично. Мы собираем участников для первых трех выпусков «Кто кого любит».

– А, ну конечно, записываем завтра и послезавтра, верно?

– Точно. Поэтому тут небольшая сумятица.

– Не беспокойся. А Ренци?"

"– Его нет, он пошел в дирекцию, но до этого мне сказал, что у него встреча. Утром он приходил, но потом сразу же ушел и не сказал, когда вернется.

– Хорошо, пойду к себе.

Я закрываюсь в кабинете, включаю компьютер, открываю почту, нахожу договор с «Теле Трес» и распечатываю его. Потом сажусь читать его на диван. Время от времени я делаю кое-какие пометки или ставлю знак вопроса там, где мне что-то не ясно. Закончив читать, возвращаюсь за стол и звоню в юридическую контору.

– Добрый день, юридическое бюро Мартелли. С кем я говорю?

– Я искал адвоката Уго Тобацци. Я Стефано Манчини. Будьте любезны.

Я жду на линии несколько секунд, а потом он мне отвечает:

– Привет, как ты? Как все прошло в Испании?

– Спасибо, хорошо, звоню как раз по этому поводу.

Мы немного говорим о делах.

– Тогда хорошо, заходи к нам, когда сможешь подписать договор. И пришли мне этот, новый, с твоими пометками, я его проверю.

Я завершаю разговор и продолжаю читать почту. Мы получили запросы даже из Голландии, Греции и Германии. Ренци оказался действительно молодцом, а Пирожок – самонадеянным дураком, если позволил ему от себя сбежать. Я открываю папку, которую оставила мне на столе Аличе: в ней несколько новых форматов. Некоторые из них уже сделаны за границей, и их можно попробовать сделать и в Италии; другие – проекты молодых авторов, но все они нуждаются в доработке. Может, среди этих авторов есть и еще один Симоне Чивинини. А ведь Ренци был прав: с ним заключили договор только для того, чтобы забрать его из «Рэтэ»: в новом штатном расписании «Мединьюс» его имя так и не значится. По крайней мере, всю ближайшую осень в телевизоре его не увидят. Мне очень хочется посмотреть, сколько продлится его роман с Бельфьоре. Я продолжаю изучать новые проекты; некоторые из них интересные, некоторые – чересчур сложные. Два или три можно принять во внимание и начать над ними работать, взяв за основу. Закончив, я замечаю, что уже семь вечера. Я встаю и открываю дверь. Вокруг никого нет.

– Аличе?

– Да, это я. Вам что-нибудь нужно?

– Спасибо, ничего. Вы закончили с кастингом?

– Да, все в порядке, их всех внесли в картотеку. На первые пять выпусков у нас уже все есть.