Три метра над небом. Трижды ты

Но, едва я произношу эти слова, мне сразу же становится стыдно. Проблема не в том, кого я встретил или что я делал, а в том, что я чувствую. Я стараюсь об этом не думать. – Я долго говорил с директором канала, Пьетро Форти. Он хочет купить несколько передач, я действительно рад.

– И я за тебя, любимый…

Она подходит ко мне и гладит меня по руке, а потом наклоняется и целует меня – легко, едва касаясь моих губ. Сейчас я чувствую себя гораздо более виноватым, чем вчера вечером, когда все произошло.

Она снова садится, и я ей улыбаюсь. Кто знает, о чем она думает.

Я смотрю на него. Для него это удачный момент, и я за него рада. Мне бы хотелось иметь силы поделиться с ним всем, что сказал мне врач, но только что толку? Я приняла решение, я должна быть сильной, а так я его только расстрою. Может, мы даже поссоримся, потому что он захочет, чтобы я поступила иначе. Но я не изменю своего решения, так что будет лучше, если сейчас я ему ничего не скажу. Открою ему все со временем, когда мне придется начинать свою битву.

О чем думает Джин? Мне бы не хотелось, чтобы она что-нибудь заподозрила. Не думаю, что она слышала, как я вернулся. На самом деле у меня было времени только на то, чтобы принять душ и позавтракать.

– Эй, все в порядке? О чем ты думаешь? Ты такая задумчивая…

– Пустяки… Хотя нет, кое о чем я думаю – о том, что этот чай готовится слишком долго!

– Да нет, нет, смотри, он уже кипит!

Я выключаю газ, разворачиваю пакетик с чаем, опускаю его в чайник и несколько раз за него дергаю.

– Не переусердствуй, мне не нужен крепкий.

Тогда я вынимаю пакетик, как она меня попросила, и бросаю его в раковину. Потом беру чайник прихваткой и наливаю ей чай.

– Ну вот, готово.

Она берет баночку меда, опускает в нее ту особую спиральную ложечку, которая не дает ему стекать, помешивает, зачерпывает мед и добавляет его в чай.

– Тогда я пойду, у меня встреча в офисе.

– Ну конечно, удачной работы. А я буду в бюро. Увидимся вечером. Пока, любимый.

На этот раз, целуя ее, я чувствую себя уже не таким виноватым. Ничего не поделаешь, человек – он такой: привыкает ко всему.

114

Зайдя в офис, я вижу, что все суетятся. Аличе идет мне навстречу с бумагами.

– Добрый день. Все в порядке? Хотите кофе? Вот, возьмите: это вчерашние данные.

Я беру бумаги и иду к своему кабинету.

– Спасибо. А пока скажи, как прошла «Угадай-ка»?

– Отлично, мы снова обогнали наших конкурентов, и Симоне Чивинини добавил к рейтингу еще один пункт.

Я сажусь за стол. Бросаю портфель и кладу листки на стол. «Симоне Чивинини добавил к рейтингу еще один пункт…» Значит, дело не в «Угадай-ке»; это целиком его заслуга. Я смотрю на кривую графика. Просто невероятно!

– Нет, ты видел? Мы вырастили феномен.

Это Ренци. Он стоит на пороге с двумя чашками кофе.

– Ну да.