Три метра над небом. Трижды ты

Я читаю фрагменты из сценария, правдоподобные вопросы о жизни разных персон. Если герой угадывает, он берет свою фигурку и соответствующую денежную сумму, таким образом пополняя свой альбом. Зрители следят за соревнованием, слушая правду и выдумки о многочисленных известностях. Неплохо.

– Хорошо, спасибо. – Я возвращаю бумаги Аличе, и она возобновляет работу каталогизатора. Направляясь в кабинет, замечаю, что у Симоне горит свет. Дверь открыта, так что я останавливаюсь у порога и стучу. Он работает за компьютером в наушниках, но, увидев меня, улыбается и снимает их.

– Поздравляю, я узнал о невероятной сенсации в мире сериалов.

– Да уж, мы очень довольны.

Я закрываю дверь, беру стул и сажусь перед ним.

– Мы ходили в «Хилтон» и отмечали это у бассейна. Нам подавали блюда на открытом воздухе, в беседке, что, честно говоря, совсем неплохо, а потом я катался по городу и купил себе это… – Я надеваю шляпу. – Тебе нравится?

Симоне смотрит на меня с удовольствием.

– Здорово! Ты в ней немного похож на босса… Но ведь ты и есть босс! В любом случае она тебе действительно очень идет.

Я удовлетворенно улыбаюсь. Потом снимаю шляпу, поигрываю ей, похлопываю ладонью по тулье, делая нечто вроде складки, но стараюсь не встречаться глазами с Симоне.

– Знаешь, когда-нибудь я с удовольствием отметил бы твой успех, это было бы по-настоящему здорово…

Я поднимаю взгляд и улыбаюсь. Он слегка смущен.

– Да, конечно, мне тоже было бы приятно.

– Но если тебя выгонят из «Футуры», это вряд ли произойдет…

– Тогда будем надеяться, что меня не выгонят.

– Я тебя не спрашиваю, с кем ты сегодня встречался, потому что, если ты мне соврешь, мне придется тебя уволить. И я боюсь, что ты можешь совершить подобную глупость.

Теперь он смотрит на меня отважно, не испытывая неуверенности, почти весело.

– Я видел Паолу Бельфьоре.

– Но мы тебя просили с ней не встречаться.

– Мы обедали вместе.

– Это неважно, что ты делал и чего не делал. Ренци сказал ясно. Она – бомба. Тебе достаточно ее коснуться, и мы взорвемся.

– Я ее не касаюсь.

На этот раз улыбаюсь уже я.

– Тебе двадцать три года. Я прекрасно помню себя в этом возрасте. Если бы подобная ей мне понравилась и проявила бы ко мне хотя бы малейший интерес, то я бы не стал никого слушать. Значит, я тебя понимаю, но не говори мне ерунды.

– Послушай, Стефано, не знаю, что со мной случилось. В Чивитавеккья я встречался с девушкой, и мне было очень хорошо. Но дело в том, что с Паолой у нас происходит что-то невероятное. Она всегда говорит мне то, что мне хотелось бы от нее услышать, и ведет себя точно так, как я себе воображаю… – Симоне смотрит на меня так, словно он хотел бы найти во мне друга, с которым можно было бы поделиться подобным. – С тобой никогда такого не случалось?

– Случалось.