Три метра над небом. Трижды ты

Просматриваю его и начинаю читать вслух:

– Ну, кому жареное?

– Я вегетарианка!

Мартина улыбается, словно намекая: «Вы совсем не могли ожидать от меня ничего другого, не правда ли?»

Эле, наоборот, намеренно перегибает палку:

– А вот я, наоборот, просто обожаю все жареное, так что мне – артишоки по-еврейски, два боккончини из моцареллы и жареную буррату.

Сильвио присоединяется:

– Мне – два жареных шарика из риса с мясной начинкой и треску по-венециански.

– И мне тоже.

По крайней мере, в этом мы можем быть одного мнения.

А вот Джин, несмотря на ее тайну, полагает, что она все еще в пределах нормы:

– Мне – два жареных цветка тыквы.

Мы продолжаем в том же духе, заказывая всего понемногу: пиццу «Маргарита» с моцареллой и помидорами, кальцоне, «Маргариту» без помидоров, с моцареллой и грибами, так что если бы не было огромного блюда салата ассорти по-вегетариански, у нас был бы настоящий классический стол.

Маркантонио в восторге:

– Здешняя пицца действительно исключительная: тонкая и хрустящая – именно такая, как мне нравится.

Эле смотрит на него с удивлением:

– Но почему это мы никогда сюда не приходили? Мы всегда ходили обедать в «Монтекарло» или в «Баффетто».

– Не знаю, иногда это немного зависит от времени: привыкаешь к одному месту и всегда ходишь туда, без особой причины.

– Да, правда…

– И все-таки мы пришли сюда."

"И они улыбаются друг другу. Похоже, они сложили оружие. Потом они снова переглядываются. Теперь это уже другой взгляд – лукавый взгляд сообщников, рассказывающий историю их прошлого, их романа. Бог знает, какие воспоминания пробудила в каждом из них эта улыбка. Потом Эле опускает взгляд. Маркантонио на меня смотрит, улыбается и пожимает плечами. Кажется, они почти счастливы, что встретились снова. И если раньше мы волновались, что между ними может пойти что-то не так, то теперь нас волнует противоположное.

– Ладно, я закурю сигарету. – Похоже, вегетарианка уже раздражена. – Пересяду в другое место, а то тут семья с маленьким ребенком в коляске. Хотя мы и на улице, мне бы не хотелось, чтобы они докучали мне из-за того, что я курю.

Сильвио тоже встает.

– Давай я тебя провожу, мне тоже захотелось.

Так что за столом мы остаемся вчетвером – точь-в-точь как тогда, по время нашей первой телепередачи, когда я только что познакомился с Джин и вскоре после этого – с Эле и Маркантонио.

– Эй, если мы будем молчать слишком долго, мне станет не по себе.

Джин пытается растопить лед.

– И не спрашивайте у меня подробностей о свадьбе, потому что я в жутком стрессе. Может, это и самовнушение, но сначала кажется, что это будет проще простого, а потом мало-помалу начинаешь волноваться, тосковать и думать, что все может пойти не совсем так, как хотелось бы.