Метод книжной героини

– И правда, – с нервным смешком отзываюсь я, – жесть…

Не знаю, насколько успокоительный этот чай, но через пару глотков становится действительно легче. Дыхание выравнивается, а нервный озноб исчезает. Грею руки о теплый металл, глядя, как яркое солнце освещает улицы и заглядывает в окна домов. Этот день я точно никогда не забуду.

– Как вы вообще до этого додумались? – спокойно спрашивает Елисей.

– Катя обожает любовные романы.

– Почему мишенью стал именно я?

– Ты подходил по типажу.

– Ясно.

Елисей тихонько потягивает чай. И все-таки он обладатель по-настоящему нечеловеческого спокойствия. Была бы здесь Катя, она бы точно возмутилась: «По канону он должен был неистово психануть, порвать любые отношения и держать обиду до скончания времен!»

– А ты хороший актер.

– Вы оставили мне столько подсказок, что это было несложно. Все эти отрывки из книг… Вам и правда такое нравится?

– Большинству.

– А что нравится тебе?

Открываю рот, чтобы ответить, но лживые слова встают поперек горла, ведь единственный честный ответ я не могу произнести. Мне, забери меня Сатана, нравишься ты! Нужно срочно сменить тему.

– А что насчет твоей просьбы?

– Ты о фиктивных отношениях?

– Да. Настя и другие девчонки.

– Думаешь, я настолько тупой, что не могу отшить их самостоятельно? Это была еще одна дань вашему потрясающе умному плану.

– Меня ты не смог отшить, – гордо заявляю я.

Он бросает на меня снисходительный взгляд, приподнимая бровь:

– Уверена?

Ах да, он ведь сделал это только что. Он нас переиграл. В кармане куртки вибрирует телефон, спасая меня от неловкости, но вмиг пронзает сердце тупой иглой. Это папа. Сбрасываю вызов и набираю короткое сообщение: «Я в порядке. Скоро приеду». Убираю телефон и торопливо допиваю чай.

– Сама справишься? – серьезно спрашивает Елисей.

И что это? Продолжает играть роль или?.. Я уже запуталась.

– Конечно, – отвечаю я.

– Вызвать тебе такси?

– Нет, спасибо. Я на автобусе.

– Ты ведь не любишь… – Он замолкает и понимающе кивает. – Это была уловка. Ну, вы даете.

– Кто бы говорил.

– Лана, надеюсь, теперь, когда все закончилось и все шаги выполнены, мы… – Сердце замирает и тяжелеет, покрываясь стеклянной оболочкой. – …мы сможем, наконец-то, спокойно жить дальше, и ты меня больше…

– Не побеспокою, – отвечаю я и слышу треск и хруст в ушах.

– Рад это слышать, – с неподдельным облегчением говорит Елисей.

Звон битого стекла за ребрами заглушает шум просыпающегося города, солнечные лучи меркнут. Снимаю пуховик и отдаю его Елисею. Разворачиваюсь и, словно в прострации, шагаю к выходу с крыши.