Метель, соединившая нас (ЛП)

— Ты помнишь, что завтра Сочельник, не так ли?

— Конечно! — на самом деле, он не хотел об этом думать, но ни за что не признался бы ей в этом. Приближение праздников танцевало по краям его сознания, но он игнорировал это. Так же, как и почти двадцать лет назад. Каждое Рождество было напоминанием ему, что он не был достаточно хорошим сыном в глазах матери. То, что он не был звездой университета или спортсменом, которыми были его братья, было самым малым — его мать узнала, что он гей. С того момента он стал живым призраком в своем собственном доме. Так что да, он намеренно старался не думать об этих праздниках, максимально цепляясь и сосредоточиваясь на работе, пока не пройдут праздничные каникулы, и жизнь не вернется к обычным делам.

Судя по обеспокоенному взгляду, которым Кейт смотрела на него, она ему не поверила. Она сунула последнюю папку в портфель и захлопнула его с большей силой, чем было нужно.

Она выдохнула, как будто собиралась перед выступлением, ее голос был мягким, когда она сказала.

— Пожалуйста, Марк, скажи мне, что ты не проведешь праздники в одиночестве.

— Я не собираюсь проводить праздники один, — еще одна ложь. Он улыбнулся, надеясь, что это не выглядело фальшиво.

— Я знаю, что мы не говорим о нашей личной жизни, и я действительно не хотела выходить за рамки, но… — она села в кресло перед его столом. — Я беспокоюсь за тебя."

"Его брови взлетели вверх. Он ожидал чего угодно, но только не этого. Он был взрослым человеком, способным позаботиться о себе. С тех пор, как ему исполнилось восемнадцать лет, его мать бесцеремонно вытолкнула его за дверь, и он остался в огромном мире совершенно один. Даже дольше того. Он перестал существовать в ее глазах много лет назад, а в тот день она навсегда поставила точку в их отношениях.

— С какой стати ты беспокоишься обо мне? — ужасная мысль возникла в его разуме, и холод сковал его грудь. — Коллеги что-то сказали?

— Нет! Нет. Ничего подобного, — она подняла руку в успокаивающем жесте. — Просто… Трудоголизм — не здоровая штука.

— Я не трудоголик, — он хмурился, даже когда облегчение, что коллеги не были недовольны его работой, накрыло его. Он был трудоголиком? Он упорно трудился, добиваясь цели, конечно, чтобы доказать себе, но это называется сосредоточенность и дисциплинированность.

— Марк, — сказала она, своим суровым тоном, — ты каждый день первый и последний в офисе. Ты не делаешь перерывов, ты работаешь без обеда, и ты всегда берешь на себя дополнительные дела. За все годы, что я с тобой работаю, ты ни разу не брал больничный или выходной. Ты никогда после работы не присоединяешься ко мне или к парням за выпивкой или ужином… Ты даже не останавливаешься поболтать возле кулера с водой.

Да, но у него были веские причины ограничить общение.