Метель

Маленькое чудо со смуглой кожей и большими серыми глазками. Бережно укрыв его, я еще некоторое время наблюдала, как он спит, прежде чем направилась будить свекра. Пробуждение оказалось для него нелегким, видимо сон был очень сладким.

— Может, останетесь? — вежливо спросила я, когда мы уже вышли за пределы детской и направились к парадной лестнице.

— Нет, уж. Предпочитаю спать в своей кровати, — хмуро отозвался Исмет Муратович. — Потом кости не разомну после ваших нано-матрасов.

— Обычные у нас матрасы, — пожала я плечами.

— Как идет подготовка к экзаменам? — серьезно спросил он, резко переводя тему.

Даже остановился, чтобы услышать ответ.

— Все хорошо — подготовка полным ходом, — уверенно отозвалась я. — К тому же у меня хорошие репетиторы."

"Папа Исмет недовольно цыкнул и зашагал дальше.

— Эх… дурью ты маешься, невестка, — пробубнел он, махнув рукой. — Сколько раз тебе говорил — в любой вуз дороги открыты, только выбери!

— Да, я знаю, Исмет Муратович, — примирительно отозвалась я. — Но я так же не раз говорила, что сама хочу поступить, пользуясь не связями, а мозгами.

— Да хоть головой о стенку бейся — без связей в наше время никуда.

— Кто действительно хочет, тот прорвется.

Он снова остановился и глянул на меня как на ребенка, который пытается спорить со взрослым. Трудно было смириться опытной акуле, что у зеленой рыбки другие взгляды на вещи.

— Самрат во сколько возвращается? — Мудрый Исмет Муратович как всегда во избежание споров сменил тему.

— В девять вечера, — послушно отозвалась я, поддерживая его идею.

— Поздновато… Приеду послезавтра утром.

— Хорошо, — раздалось ему в спину. — Будем ждать.

Проводив свекра до самого порога и почтительно попрощавшись, я поспешила в кабинет, пока Баунти не прогрыз дорогую обивку кресла.

* * *К счастью обошлось. Песик уже не спал, но смиренно ждал меня на том же месте, повиливая маленьким хвостиком.

Взяв его на руки, я вернулась в кресло Самрата (пока хозяин кабинета не видит), чтобы сложить тетради и выключить ноутбук. Сразу после направилась в спальню, где оставила Баунти на его царском ложе, а сама посеменила в ванную готовиться ко сну. После водных процедур и проверки на исправность радионяни я, наконец, легла в постель, которая казалась слишком огромной для меня одной. Порой я настолько не выносила этого ощутимого одиночества, что ночевала на софе в комнате сына. Но сегодня, после нескольких часов усердной работы в одном положении, спина сказала мне спасибо за это исключение.

Казалось, я закрыла глаза лишь на секунду, как что-то тут же заставило меня очнуться.