Метатель

Сюрикен вновь вернулся в ладонь. Подняв лут, я немного опешил.

Гречка, 200 г

Тушенка говяжья, банка 250 мл.

Разжился, называется! Хоть банкет закатывай.

Не теряя бдительности, я двинулся к другим домам. Так, от укрытия к укрытию, внимательно осматривая окрестности. Везде царило запустение, и только ветер гонял обрывки мусора по пустым улочкам. Тоскливо до невозможности, аж зубы сводит от едкой горечи. Была же жизнь, теплилась, а теперь — мертвое ничто.

Из задумчивости меня вывел какой-то блеск в стене ближайшего здания. Осторожно приблизившись, всмотрелся внимательней. Ба, да это ж витрина магазинчика! Стекло разбито, но за ним вроде как что-то полезное мерещится. Прищурившись, я напряг зрение до рези в глазах. Ого, консервы! Что-то в банках и пакетах. И галеты! От радости даже сглотнул голодную слюну. Вот это удача привалила!

Стараясь не шуметь, протиснулся в узкий проем, по хрустящему крошеву, что раньше было дверью. Внутри было сумрачно, пахло пылью, плесенью и почему-то палеными перьями. Крадучись, я двинулся вглубь, туда, где на покосившихся стеллажах призывно белели заветные банки. Сделать бы еще пару шагов, дотянуться, схватить…

Внезапно что-то обрушилось сверху, сбивая меня с ног. Кувыркнувшись через голову, я вскочил, выхватывая нож. Краем глаза заметил какое-то мельтешение и резко развернулся всем корпусом. Вовремя! Мерзкие твари, похожие на здоровенных ворон, атаковали с двух сторон. Взмах когтистых крыльев-лап, скрежет клювов — и первая птица распласталась на полу с рассеченной грудью.

Вторая тварь оказалась проворней, уклонилась от выпада и тут же ринулась в новую атаку. Пришлось пригнуться, почти припасть к полу, чувствуя, как когти свистят над головой, срывая прядь волос. Рывок, разворот, бросок ножа снизу-вверх — и монстр с хрипом опрокидывается на спину, дергая лапами в агонии.

Переводя дух, я осмотрелся. Тихо, только собственное сиплое дыхание нарушает тишину. Лут из мертвых птиц перекочевал в инвентарь. Вот ведь жизнь пошла — в магазин зайти, и то целое приключение. Ладно, прорвемся. Подобрав уцелевшие консервы и галеты, рассовал их рюкзак, чтоб не гремели и потихоньку двинул к выходу. Нечего рисковать, и так повезло.

Выбравшись наружу, побрел по улице, разглядывая запустение. В принципе, можно бы тут заночевать, в одном из домов. Глядишь, еще чего ценного поищу, авось мародеры до меня не все вынесли. И костерок организовать, а то что-то зябко стало.

Так, в невеселых раздумьях, я брел по разрушенному городку, пока не уткнулся в старую автозаправку на окраине. Широкий козырек с выцветшей надписью «Лукойл», несколько колонок и покосившийся шлагбаум. Чуть поодаль — небольшое здание, видимо, раньше служившее офисом и магазинчиком.