Метатель. Книга 4

"

"Словно по команде, все монстры в степи будто сошли с ума. Их глаза загорелись каким-то безумным огнём, а движения стали ещё более агрессивными. Они больше не пытались искать обходные пути или действовать тактически — просто перли напролом, не обращая внимания ни на укрепления, ни на наши атаки.

— Кира! — я схватил её за руку.

Она успела запустить последнюю шаровую молнию прямо в центр наступающей орды. Взрыв разметал десятки тварей, но на их место уже спешили новые. Активировав телепортацию, я перенёс нас к постаменту.

Яйцо выглядело совсем иначе — вся скорлупа была покрыта паутиной трещин, словно изнутри что-то рвалось наружу. Я схватил его, и система тут же выдала новое сообщение:

Привязать питомца? Да/Нет?

«Да!» — мысленно крикнул я, даже не раздумывая.

Поздравляем, вы первый в истории системы получили легендарного питомца класса…

Дочитать не удалось — с оглушительным треском наши баррикады рухнули, и в долину хлынул поток обезумевших монстров. Они больше не атаковали хаотично — все, как один, устремились к каменному кругу.

Их глаза горели странным огнём, с клыков капала пена, а движения стали настолько быстрыми, что даже моё улучшенное восприятие едва успевало их отследить. Что-то изменилось — что-то фундаментальное, и эти твари это чувствовали.

Астра и её бойцы выстроились полукругом, готовясь к последней обороне. Ваня натянул лук, Михалыч поудобнее перехватил свой топор, а Виктор… Виктор вдруг шагнул вперёд, и в его глазах появилось какое-то странное выражение — словно он что-то понял, что-то важное…

Яйцо в моих руках пульсировало всё сильнее, трещины на скорлупе расширялись, и сквозь них пробивалось сияние, от которого перехватывало дыхание.

А монстры всё приближались. Первая линия — жуткая смесь волков и богомолов, их лезвия-конечности сверкали в лучах солнца. За ними — массивные твари, похожие на помесь носорогов с какими-то членистоногими, их хитиновые панцири грохотали при каждом шаге.

Воздух звенел от их рёва — десятки, сотни глоток выли, ревели, рычали в каком-то безумном хоре. Земля вздрагивала под тяжестью их лап, когтей, конечностей — казалось, сама долина содрогается от этого жуткого топота.

Я видел их глаза — горящие безумным огнём, устремлённые к яйцу в моих руках. В них читалась какая-то первобытная жажда, словно это яйцо было для них чем-то… личным.

Система продолжала выдавать сообщения — строчки текста мелькали перед глазами, но времени читать не было. Каждая секунда была на счету.

— Тём! — голос Киры прорвался сквозь рёв монстров. — Они не остановятся!

И она была права. Эти твари больше не пытались действовать хитро или осторожно.