Метанойя

Этот новичок, судя по фигуре и специфической пластике движений, явно со спортом дружит. Да и в деле написано — камээс по боксу. Это хорошо. Значит, нагрузки, которые свалятся на него в первое время, переносить будет легче. Все же, кандидат в мастера спорта должен быть привычен к длительным и постоянным изнуряющим тренировкам, иначе камээса просто не получить. А в остальном — дурь выбьем. А дури в нем, похоже, много — это тоже сразу читается. Но, как говорят в армии: не можешь — научим, не хочешь — заставим. А как иначе? Он и сам был когда-то таким же салагой с сильным самомнением. Потом в учебке из него это быстро выбили сержанты-инструкторы, а уж война отшлифовала до блеска."

"Конечно, видна какая-то гнильца в этом Петрове, но, с другой стороны, это же москвич! А москвичи, как это известно всем остальным людям, народ гнилой по определению. Они, конечно, с таким определением не согласятся, но со стороны виднее. С другой стороны, много ли тех москвичей осталось, Москву давно заполонила лимита. Старшина усмехнулся своим мыслям и решительно подошел к скорбящей троице.

— Здравия желаю! — откозырял Васильев, поднеся ладонь к васильковому берету, — я старшина Васильев. Прошу заканчивать прощание, машина ждет. Надо ехать, нас ждут в части.

— Ой, а скажите, пожалуйста, — кинулась к нему мать призывника с мокрыми глазами, — куда нашего мальчика отправят?

— Да не беспокойтесь вы, — улыбнулся старшина, — здесь он будет, совсем рядом с Москвой. Поскольку он контрактник, а не призывник срочной службы, то на время учебки, то есть — первые полгода, ему будет предоставляться одна увольнительная в месяц, когда он сможет приезжать домой. А после прохождения учебки, вообще каждые выходные, а то и чаще, если не будет в наряде, сможет дома бывать.

— Ну, вот видишь, мать, не все так страшно, скоро Серега приедет домой! — обрадовался отец. А мать вообще смотрела на старшину Васильева как на благодетеля.

Но, родители родителями, им положено за детей переживать, а служба службой. Наконец, настало время и новоиспеченный рядовой контрактной службы и будущий спецназовец элитных войск, подхватив рюкзак с вещами и вырвавшись из цепких материнских объятий, пошел вслед за старшиной Васильевым к воротам военкомата. Там их ждал ГАЗ-69 с военными номерами.

* * *Прошло два месяца, и рядовой спецназа КГБ Сергей Петров возвращался уже из второй своей увольнительной. Он возвращался, а все существо его было против этого возвращения. Если бы он заранее знал, какие чудовищные нагрузки обрушатся на него, он ни за что в жизни не согласился бы ни на какой контракт, а уж тем более со спецназом КГБ. Умом он понимал, что, в конце концов, из него сделают крутого парня, но тело просто умоляло о пощаде.