Метанойя

Ведь был вариант, что генерал упрется, доложит и тогда товарища старшего лейтенанта достать будет гораздо труднее. Из этого я делаю вывод, что они не убийцы. А это дает хороший шанс на возвращение семьи в случае, если они убедятся в том, что Соколов мертв. Вывод?

— Нам надо их в этом убедить! — твердо ответил Федотов.

— Следовательно, Соколова в морг, вас — на Лубянку. Ну, если точнее, к нам в СИЗО, на Энергетическую. Вино красное есть?

— Что? — удивился генерал.

Немирович вздохнул:

— Вы как убили Соколова, задушили?

— Нет, застрелил.

— Если застрелили, должна быть кровь. Красное вино подойдет, накроем простыней, простыню польем вином, унесем Егора Николаевича, никто и не поймет.

— Понял! Есть вино, португальский портвейн, мне подарили на праздник какой-то, уж не помню, — Антон Ильич метнулся к шкафу.

— То, что надо, — открыв бутылку, сказал Немирович удовлетворенно, — темно-красное по цвету и густое по консистенции. Товарищ генерал, разрешите воспользоваться вашим телефоном?

— Конечно.

Через час из части выехали две машина. Одна — труповозка, с Егором внутри, лежащим на носилках и накрытом заляпанной подарочным портвейном простыней. В другой — черной ""Волге"" Немировича, публично выведенный из штаба в наручниках генерал Федотов.

Глава XVII

Наталья Васильевна Норикова после работы зашла в гастроном, что находился совсем недалеко от ее дома, и сейчас ходила вдоль длинных рядов с фруктами, удивляясь их изобилию. Еще какой-то год назад такого даже в Москве представить было невозможно. Казалось, тут были фрукты со всех концов земли, и половина из них была Наташе незнакома. Остановив, наконец, своей выбор на связке бананов и парочке грейпфрутов, заплатила на кассе два рубля 16 копеек и направилась домой.

Заперев за собой дверь квартиры и, переобувшись в домашние тапочки, она сразу прошла на кухню, чтобы выложить покупки. Зажгла свет и громко вскрикнула, обнаружив сидящую за столом женщину. Женщина улыбалась и молчала.

— Вы кто такая? Как вы сюда попали? — еще не отойдя от шока, крикнула Наташа, одновременно узнавая в женщине Варвару Изюмову.

— Ну, кто я такая, думаю, вы узнали, — спокойно ответила та. — А попала я сюда через дверь. Я пришла к вам поговорить."

"Наташа подошла к встроенной раковине кухонного гарнитура и прислонилась к ней, опершись сзади руками. Там была тревожная кнопка, установленная сотрудниками технического отдела, и она, не раздумывая, вдавила ее. Чувство опасности было очень сильным.

— Изюмова, думаю, вы в курсе, что я майор госбезопасности? Вы представляете, что будет с вами за незаконное проникновение в жилище сотрудника КГБ?

— Да ничего не будет, подумаешь, майор! Мой Коля целый полковник, он как-нибудь решит это, — засмеялась Изюмова.