Метаморфозы Катрин

Говорила, что у нас разные стремления и судьбы в мире и нет смысла привязываться к дому — все равно дом будет там, где муж. Ты не боишься, что твой муж… Ну, будет против моего присутствия? Все же лишний рот кормить и одевать не так и просто. Ты же знаешь, после войны земли обеднели. Твой лирд скоро кончится, ты не сможешь содержать меня вечно. Если Марк начнет возражать… Если он не даст денег на моё содержание… Что я буду делать?

— Ровена, мой лирд не кончится никогда. Я просила в лирд не деньги.

— А что?!

Она искренне удивилась. Просто не представляла, что может быть что-то иное.

— Я просила в лирд право работать и тратить заработанные деньги на себя. В данный момент графство мне должно сумму годового налога. Я не собираюсь их забирать, эти деньги. Но по бумагам, по документам — так и есть. Так что не беспокойся за содержание. Одна тихая милая девушка просто не сможет обременить меня. Но знаешь, думаю, что даже если бы я не зарабатывала столько, твой брат не выгнал бы тебя. Возможно, не смог бы содержать роскошно и баловать драгоценностями, но крыши над головой и места за столом не лишил бы.

Она заплакала… бедная девочка.

— Успокойся, Ровена, все позади, поверь!

Когда я думаю о том, что провернула Мариза, мне хочется лично задушить эту хладнокровную гадину. Ничему не научить дочь и продать её на таких условиях старику… В голове не укладывается!

Так что по прибытии я лично обошла с Ровеной замок и мы выбрали ей комнаты из числа свободных.

— Катрин, можно вот эту? Это моя бывшая детская! Хотя, конечно, здесь ничего не сохранилось… Зато из окон видно сад и здесь всегда утром много солнца!

Я осмотрела эту комнату и пару прилегающих. Ровене нужна спальня, гостевая-зал, где она сможет посидеть днем и выпить чаю в компании или одиночестве, как захочет. Гардеробная и туалет, ничего сложного. На отделку я решила не скупиться — пусть ей будет уютно. Мы много обсуждали ее предпочтения. Она удивила меня полным равнодушием к роскоши. Но пару симпатичных сюрпризов я ей придумала.

И пока делали ремонт, стеклили окна вторым слоем, ставили печи и штукатурили стены, Ровена жила в моих покоях. Любовалась работой швей, подружилась с леди Россой и заинтересовалась вязанием крючком. Все чаще я заставала ее днем в обществе слепых вязальщиц и гвайры Фай.

Мне было ее безумно жалко, но так я бы пожалела любого человека, попавшего в ее ситуацию. А вот что она за человек — это еще только предстоит выяснить. Поэтому я внимательно присматривалась к ней и оценивала ее поступки не как «жалельщица», а как сторонний наблюдатель. В ней были как плюсы, так и минусы. К плюсам можно было отнести любознательность, достаточно мягкий характер и отсутствие сословного снобизма.