Выбор Места и Цели

Но нет, запустили. Значит, ещё повоюем.

«Десять баллов наши!» — от Младшего пришло ощущение, будто он руки потирает.

И тон алчный.

«Ещё десять ауреусов! Как думаешь, а в финал нас пустят?»

«Я бы не пустил. И механизм имеется. Просто говоришь, что не прошёл».

«По причине?»

«А просто „не прошёл“, без причины. Ты же не думаешь, что тут всё случаю доверили?»

«Некрасиво может выйти».

«И что? Вон, в финале будет аж принцесса воевать. Если хотят, чтобы она блистала, то нахрен нужен какой-то левый перец, могущий блеск этот, того… притушить».

От Младшего пришло ощущение ожидания скуки.

«Ну, хотя бы десять ауреусов».

«И это не факт. Тупо завтра двери не откроют, и что ты делать будешь? Ломать? А если жаловаться, то кому? Императору? Папе принцессы? И маску при этом снимать, да?»

«Не факт, что именно император её папа, — с неудовольствием заметил Младший. — Но… Да, согласен. Придётся утереться и домой ехать».

«И в Аустверге рассказать не получится при этом, — добавил Энтони. — Инкогнито нельзя нарушать».

«Так вот, значит, почему разрешают лица скрывать?»

«Всё продумано, как видишь».

Кольер дошёл до своей комнаты, вставил ключ…

«Или тут можно подождать клиента», — заметил Энтони, вытаскивая ключик из скважины.

Так как замок уже был открыт. Парень отворил дверь. Листок бумаги на столе он заметил сразу. Но врываться не торопился. Так, клинок на месте. А больше он тут ничего не оставлял. Сумка с одеждой в Кармане.

«М-да. Намёк толстый» — заметил Младший.

«А ты сомневался, что есть больше одного ключа?» — усмехнулся Энтони.

Закрыв дверь и задвинув засов, он ещё раз осмотрел комнату слева направо. И подошёл к столу. Написано было на литторал (а буквы и там, и там латинские). Бумага хорошая, белая, гладкая. На такую прямо-таки просились гербы. Вот только их почему-то не было.

«Господин Нуммус, — хорошо, что настоящее имя пока не выяснили. — Приглашаем вас в ресторан „Вирга“, в восемь часов вечера, синий кабинет. Просим не отказывать в просьбе, тема предполагается взаимовыгодной».

Энтони хмыкнул. Почерк красивый. Написано, разумеется, не здесь. Почерк каллиграфический, буквы хоть в палату мер и весов. Без завитушек и прочих украшений.

«Писарь это исполнил, то есть специальный человек, секретарь или типа того»."

"«С чего такой вывод?» — заинтересовался Энтони.

«Три строки. А перо в чернила макнули всего раз. Это опыт».

«Как ты это увидел?»

«Линии букв становятся чуть темнее и толще, когда начинают писать после обмакивания»

Энтони пригляделся к написанному. Покивал, увидев то, на что обратил внимание Младший.

«Неплохо» — похвалил он напарника

Энтони поднял лист к носу. Пахнет от бумаги приятно. Чем-то цветочным.

«Пойдём?» — спросил Младший.

«Нам только не хватает встрять в какие-то местные разборки, — поморщился Энтони.