Месть женщины

Статья получилась. В ней были только факты и их анализ. И никакой идеологии. Тот, к кому он шел, непременно должен был ее оценить."

"Он ехал в метро, чтоб уйти от слежки, если таковая велась. Это была та самая игра, которая возвращала его в дни молодости. Человек, к которому он ехал, знал его еще по материалам о конфликте вокруг Суэцкого канала и уважал за профессионализм.

— Написано здорово, но ты делаешь слишком далеко идущие выводы, — сказал Ронни, с ходу прочитав статью. — Мне кажется, здешняя система нерушима. По крайней мере, в обозримом будущем.

— Мне самому так казалось до недавних пор, — сказал Анджей, с удовольствием закуривая настоящие сигареты «Мальборо». — До первого гроба, доставленного с театра военных действий в город, где я жил последние несколько лет. Крах произойдет не сейчас, и агония продлится долго, но, поверь мне, когда это случится, на защиту старого выйдут единицы против тысяч и тысяч тех, кто будет его ниспровергать. Порой я готов был поверить в то, что план этой агрессии был разработан в кабинетах Центрального Разведывательного Управления. Но слишком уж это смахивает на шпионские сериалы.

— Когда дело касается внешней политики, слишком не бывает ничего, — возразил Ронни, засовывая статью себе в папку. — У нас в Америке ты вряд ли найдешь много единомышленников, однако уверен, большинству это будет интересно. Ты хотел поговорить со мной о чем-то еще?

— Да. Я бы хотел вернуться.

— Вот как? — Ронни удивленно глянул на Анджея поверх своих очков. — И когда?

— Чем скорее, тем лучше. Разумеется, без лишнего шума. Я бы не хотел стать причиной очередной антисоветской кампании.

— Да, последнее время их слишком много и не все по делу. Как будто в мире существует государство, которое бы не ущемляло прав своих граждан.

— Самое интересное, что в Штатах я чувствовал это острее, чем здесь.

— И чем ты это можешь объяснить? — с нескрываемым интересом спросил Ронни.

— Нашим славянским менталитетом. Тебе приходилось когда-нибудь слышать выражение: «Я — как все?» Нет? А здесь оно звучит на каждом шагу. Все живут в тесноте, и я тоже. Все стоят в очереди. Все получают мало денег. Ну, и так далее. И от этого становится легче жить. Я не знаю, к какой расе принадлежал самый первый идеолог христианской религии, однако эти идеи расцвели пышным цветом именно в России. Вы, американцы, всерьез относитесь только к деньгам, мы, русские, лишенные возможности их зарабатывать, пытаемся наполнить жизнь нематериальным смыслом. Первые христиане, как ты помнишь, были рабами. Ронни, американцы должны помочь русским увидеть себя со стороны.

Анастасия Ивановна летала по Москве как на крыльях.