Месть за измену (СИ)

– Я поеду! У меня беременная подруга попала в аварию! – взвизгнула Лерка и толкнула мужа в плечо ладонью, поторапливая выйти из квартиры.

– Лер! На минуточку, тебе тоже нельзя волноваться, – напомнил Усов.

– Знаешь, что, Леша! – прищурилась Валерия. – Либо я еду с тобой, либо сама, на такси.

– До чего ж ты упрямая, Лерка, – вздохнул Леша, но уже выходил из квартиры.

– Какая есть, – отмахнулась Лера, старательно гоня самые нехорошие мысли подальше от себя.

Нет, с Аськой не может ничего случиться. Не может, и все!

Глава 16

Я смотрела на закрытую перед моим носом дверь. Мой самый страшный кошмар воплотился в реальность. Я знала, так не может длиться вечность. Мое счастье – хрупкое. И обязательно что-то произойдет. Подсознательно я ждала подвоха. Ждала, когда мой новый счастливый мир рухнет.

И перед глазами – разбитые стекла машины, искореженный металл и....

Я тряхнула головой. Нет, нельзя ни в коем случае об этом думать. Нельзя!

Там, за дверью, сейчас работают профессионалы. Они все смогут. Они сделают так, что жизни моего любимого мужчины ничего не будет угрожать. Он ведь у меня очень сильный! Очень!

Обхватив себя руками, я пыталась согреться. Ледяной холод пробирался под одежду, пронизывал до костей. И страх не отпускал.

Перед мысленным взором все еще были живы ужасающие картины. То, как прямо в нас летит встречный автомобиль. Как кричит Зоя с заднего сиденья. Как ругается Назар, а после, закрывает меня собой.

В итоге, на мне ни царапины, а Назар... там...

И Зоя... Зайка тоже в порядке. Ссадина на щеке не считается. Вылечим. Самое ужасное – страх в ее глазах, паника, дикий ужас. Но и об этом мы подумаем позже.

А сейчас нужно просто ждать, пока идет операция.

– Таисия, – сквозь вату я услышала тихий голос, а перед самым носом появился большой бумажный стакан, закрытый крышкой. – Выпей, пожалуйста, это чай.

Я подняла взгляд выше. Во мне не осталось иных эмоций, кроме как страха за любимого мужчину. И я не могла думать ни о том, как именно оказался отец Назара здесь. Кто ему сообщил? Зачем? Ведь они с Титом конфликтовали. А последние две недели их война приобрела массовый характер. Однако теперь все это казалось мне неважным, мелким. Когда жизнь любимого человека под угрозой, любая война меркнет по сравнению с этим раздирающим душу чувством.

– Я присяду? – продолжал говорить Титов, а я молчала, только посмотрела на Зою.

Девочка лежала на кушетке, свернувшись клубочком и устроив голову на моих коленях. Бледная, с закрытыми глазами, ссадиной на скуле, Зоя казалась совсем крошечной. Но пока Тит...занят, моя святая обязанность, не дать девочку в обиду.

– Если вы с претензиями, лучше сразу уходите, – отрезала я, так и не взяв стакан с чаем.

Отец Тита сел рядом со мной. Я слышала, как он вздохнул, тяжело и протяжно выдохнул.