Месть вора

И он, на всякий пожарный сняв «Эрму» с предохранителя, распахнул калитку и уверенной походкой направился к «пассату».

Двадцать пять метров туда.

Двадцать пять метров обратно.

Всего ничего.

Туда он добрался без приключений. Возложил венок на капот. Даже потратил пару секунд на то, чтобы поправить черные ленты с золотистыми надписями.

Но обратно к калитке он крался, словно пьяный мимо пикета милиции. Медленно-медленно, на полусогнутых. Распространяя вокруг себя запах адреналина. Заботясь только о том, чтобы не совершить какого-нибудь резкого телодвижения. Затаив дыхание и с трудом сдерживая себя, чтобы не перейти на трусливую неуклюжую трусцу… И все потому, что следом за ним, увлеченно обнюхивая его грязные джинсы, тащился огромный кавказец, который, когда Никита уже разобрался с венком, вдруг огромной зловещей тенью вырос из-за машины и несколько раз приветливо вильнул мохнатым хвостом…

Возможно, кавказец был сонным после слоновьей дозы барбитурата и чего-то еще с труднопроизносимым названием.

Возможно, кавказец был сытым, и аппетитная филенка Болота, обтянутая грязными джинсами, его не прельстила.

Возможно, кавказец был старым, и ему было лень воевать.

Во всяком случае, никаких признаков агрессивности псина не проявляла. Спокойно проводила толстяка до забора и лишь только тогда, когда Никита попробовал затворить за собой снаружи калитку, проявила настойчивость и, коротко рыкнув, просочилась следом за Болотом на волю.

– Ты куда же, собаченька? – растерянно пробормотал толстяк, стоя возле распахнутой настежь калитки, как швейцар возле парадного входа в «Асторию». – Иди домой, милая. Ах, как хозяйка тебя сейчас вкусно покормит! Ах, каких сахарных косточек даст!

Кавказец смерил Никиту презрительным взглядом и, задрав заднюю лапу, обильно обрызгал створку ворот, после чего опять повилял хвостом. Загнать эту зверюгу обратно во двор определенно не представлялось возможным."

"И толстяк сдался. «А какое мне, собственно, дело, – рассудил он, – до того, что собака порезвится немного на воле. Разомнется, трахнет кого-нибудь между делом. А захочет жрать и вернется домой… Кстати, и мне пора возвращаться». И он быстрым шагом направился к дереву, под которым уже запарился ждать его Паша.

– И какого же хрена ты выпустил этого монстра? – незамедлительно наехал он на Никиту, стоило тому подойти на расстояние слышимости громкого полушепота. – Потерял остатки мозгов, когда грохнулся в лужу?

– Интересно, а что я должен был делать? – огрызнулся Болото и извлек из пачки «Мальборо» сигарету. – Загонять эту тварь пинками обратно в калитку? Чтобы меня потом хоронили в закрытом гробу? Вот сука, Док! – Он длинно и заковыристо выругался.

– Как там венок? Возложил?

– Все нормалек.

– Молодец.