Месть сурка

Гилдерой с любопытством разглядывал посетителя.

— Вы мой родственник?

— Здравствуй, Гилдерой. Я Дункан. Ты помнишь своих сестёр Донну и Саманту?

— Нет, прости. Я ничего не помню. Обычно ко мне приходят какие-то женщины, просят расписаться. Я не знаю, зачем им это. Они говорят, что я восхитительный волшебник.

— Меня ты тоже не помнишь? Я женат на твоей сестре. Мы с тобой в последний раз виделись несколько лет назад.

Локхарт наморщил лоб.

— Да уж, изрядно тебя потрепало, — Дункан искренне жалел Гилдероя. Хоть он и испытывал к нему неприязнь, передавшуюся от Донны, но такой участи не желал. — Как тебя угораздило?

Локхарт смущённо улыбнулся, но это была лишь тень его прежней ослепительной улыбки.

— Говорят, я сражался с каким-то монстром.

Дункан заметил на прикроватной тумбочке небрежно лежащую волшебную палочку Локхарта.

— Гилдерой, тебе не надоело томиться в четырёх стенах больницы?

— Не знаю, — пожал он плечами. — Сколько себя помню, я всё время тут.

— Нет, так не пойдет! У тебя есть дом, есть семья. Неужели тебя не навещала мать? Она тобой так гордилась — любимый сын.

— Однажды приходила женщина, — оживился Локхарт. — Она называла себя моей мамой. Но она заплакала и сказала доктору, чтобы меня лечили, после чего больше тут не появлялась.

— Прелестно! — голос Дункана сочился сарказмом. — Просто прелестно! Узнаю тёщу. Слава богу, мне не довелось общаться с этой «милой» леди… Короче, Гилдерой, предлагаю тебе пойти со мной. Я поговорю с целителем насчёт амбулаторного лечения. Сидя в палате, ты никогда не станешь нормальным человеком. Тебе не лечиться нужно, а заново учиться жить. Конечно, и лечение необходимо, но для этого необязательно лежать в больнице. Ты как, готов отправиться со мной?

— Честно говоря, мне тут скучно, — Локхарт от радости вскочил с кровати и продемонстрировал свою фирменную улыбку. — Что угодно, лишь бы не торчать тут. Где мы будем жить?

— Пока у меня, потом переедем к тебе домой. Я знаю адрес. Надеюсь, с твоим домом за несколько лет ничего фатального не произошло.

— Мне никто не говорил, что у меня есть дом… — Локхарт выглядел задумчивым.

— Я поговорю с целителем…

Когда надо — Дункан умеет быть убедительным. Он пообщался с Янусом Тики и договорился с ним о переводе Локхарта на амбулаторное лечение. Целитель настоял на том, чтобы пациент посещал больницу пару раз в неделю.

По требованию Януса Гилдерою вернули его одежду, в которой он поступил в больницу. Ярко-голубая мантия и светло-синий костюм у Дункана вызвали лишь раздражение, которое он ничем не выдал.

Оказавшись на улице Лондона, Гилдерой крутил головой и поражался всему вокруг. Он подобно непоседливому ребенку задавал десять вопросов в минуту.