Месть сурка

В полнолуние их запирают в зачарованном помещении, только ещё усыпляют. На старших курсах они учатся варить антиликантропное зелье. Выпив его перед оборотом, сохраняешь разум в волчьей форме.

— Шон, почему же вы все его не пьёте?

— Дорого, — подняв корзину, Шон пошёл на выход из подвала. — Очень дорого. Его обычно пьёт кто-то один, когда нужно инициировать неофитов. Обычно набирают группу неофитов, чтобы инициировать всех скопом и минимизировать расходы. Чтобы не оставлять уродливых шрамов и не наносить лишних травм, неофитам делают небольшой надрез. Инициирующий оборотень под зельем полностью себя контролирует и просто лижет рану. Ведь вирус содержится в слюне и опасен при попадании в кровь. После травм, нанесённых оборотнем, остаются несводимые шрамы, а после надреза нет. Так зачем кусать?

— Я видел у Жана шрам…

— Жан заразился в Британии. У них там верховодит шлёпнутый мудила Фенрир Сивый. Маньяк-альфа — вожак британской стаи. Любит кусать детей волшебников. Говорят, он овладел частичной трансформацией вне зависимости от полнолуния — высшая степень контроля. Значит, и в форме волка он себя контролирует.

— Как же его угораздило? — с искренним недоумением поинтересовался Дункан. — Жан же лягушатник — по нему видно.

— Его предки решили поехать в Британию в экстремальный тур. Есть среди магов отмороженные психи, которые желают посмотреть на вампиров, драконов или оборотней в естественной среде обитания. У волшебников даже конторы есть, которые такие туры организовывают, но без каких-либо либо гарантий сохранения здоровья и жизни. Тут им за такой туризм власти рога бы обломали. Ну, эти «родители года» и посмотрели на оборотней в Британии.

— Они, что, совсем конченые? Неужели взяли с собой ребёнка? Сколько ему было?

— Семь лет, вроде, или восемь, — пожал одним плечом Шон, поскольку в другой руке держал корзину и ею выполнять такие движения было сложно. — Многие маги шлёпнутые на всю кукушку, просто прими это к сведению.

Утром Дункан с трудом продрал глаза. Он не сразу сообразил, где находится. Пролежав в кровати с минуту, он вспомнил насыщенный событиями вчерашний день.

Выбравшись на кухню, он обнаружил батарею из трёх пустых бутылок из-под самогонки, которую его друг называет бренди. Хотя, по сути, верно: самогон из винограда и есть бренди, но его мать называла такой напиток чача.

— А, проснулся? — подтянулся за ним из своей спальни Шон.

— Твою мать, Уолш! — обернувшись, Дункан схватился за голову. — Можно потише на пару десятков децибелов? И вообще, ты почему до омерзения свежо выглядишь?

— Один из плюсов жизни оборотня — быстрый метаболизм и усиленная регенерация. Он же и минус: для опьянения пить приходится много, трезвеешь быстрее и жрешь как не в себя.