Месть пумы

Мы с Лу и Эстеллой тем временем совещались.

– Может, позвать на помощь вашего учителя превращения? – предложила Лу, но Эстелла отрицательно покачала головой:

– Ой, нет, сеньор Лазукос такой основательный, просто ужас, он будет её часами расспрашивать, проведёт тысячи тестов и всё такое. Скука смертная, да и времени столько у нас нет.

– Тогда я могу попробовать – благодаря папе я в этом разбираюсь, – предложила Лу. – У вас есть справочник всех животных, обитающих в Коста-Рике?

– Сейчас принесу, – Эстелла как всегда с энтузиазмом кинулась помогать.

С блеском в глазах и нескрываемым любопытством Антония листала страницы книги, вглядываясь в изображения животных. Кажется, и ей уже стало интересно, что же она за зверь.

– Как почувствуешь зуд – остановись, – наставляла её Лу и вопросительно посмотрела на нас: чуем ли мы что-то особенное в этой девочке? Мы все отрицательно покачали головой. Холли тоже. Очень смешно выглядит это движение в исполнении белки.

– Запаха нет, – доложил я. – Но это и неудивительно – она же ещё ни разу не превращалась.

– Зуд появился! – объявила Антония, с сомнением глядя в справочник.

Мы дружно склонились над книгой – и увидели большую коричневую змею с жёлтым брюшком.

– О боже! – крикнула Эстелла. – Винная змея! Достигает двух с половиной метров в длину.

– Что это значит – винная змея? – резко спросила Антония.

– Эти змеи пожирают птиц и их яйца, – удручённо сказала Тови, но осталась сидеть на плече у девочки.

По лицу Антонии полились слёзы, указательным пальчиком она гладила пёрышки Тови:

– Но как такое возможно?! Я же так сильно тебя люблю. Неужели я могу навредить тебе? Я никогда не буду превращаться! Никогда-никогда!

– Наверное, так будет лучше, – непривычно тихо сказала Эстелла.

Девочка вытерла слёзы тыльной стороной ладони:

– Я хочу домой, пойду скажу папе, что мы уезжаем. Она не умела мысленно шептать, поэтому мы все услышали, что она сказала своей подружке:

– Тови, ты с нами? Ты же во второй половине дня всегда у нас дома. Ты ведь останешься со мной?

– Я останусь с тобой, – твёрдо пообещала Тови. Она сидела на плече у Антонии словно приклеенная. – И мне всё равно, какое у тебя звериное обличье.

Мы смотрели им вслед, пока они не сели в машину и не уехали. Лу и Холли, спрятавшись за дерево, превратились обратно и снова оделись. Никому не хотелось обсуждать, что только что произошло. Наверное, мы все понимали, что наломали дров. Видимо, иногда лучше не вмешиваться, оставить всё как есть.

Наконец Брэндон решился заговорить и смело сменил тему – мы уже шли к нашей хижине. – Завтра мы улетаем. Так жаль, – вздохнул он.

– Да, здесь было опуменно, – согласился я. Но мои мысли были уже на родине. Я думал об отце и о том, как его поместить в человеческую больницу.