Месть

Да, можно было попробовать искать острова, но просторы не маленькие, а то, что известно, уже занято людьми, да и открытая большая вода не в пример речным руслам куда как полней опасных обитателей, не всегда доброжелательно расположенных вроде как к своим повелителям.

Это был путь не в пару лет и даже не вопрос пары десятилетий, длинная дорога, что называется, в один конец, только, казалось бы, наладилось, только вроде бы живи и радуйся, но по пятам словно опухоль неимоверно быстро разрастается человечество, тесня, подвигая и понемножку, вроде даже незаметно, но вытесняя с обжитых мест этот народ.

— Я не пойму, почему нужно было приходить и начинать свой путь с убийства? — Старушка тяжело вздохнула. — Неужто нельзя было поговорить с тобой? Ты, конечно, не семи пядей во лбу, но мальчик разумный.

— Спасибо, — улыбнулся я.

— Почему все так вышло, Ульрих, хоть убей, не пойму. — Старушка, похоже, и вправду расстроена.

— Это потому, что ты темная, страшная некромантша на службе тьмы, — подбодрил я ее. — Настоящие добрые люди удавятся, но не снизойдут до унижения просить кого-то о помощи. Ты бы слышала, ба, как она со мной разговаривала, сколько в ее голосе гордости, сколько спеси и веры в собственную правоту. Она даже не понимает, наверно, почему в этот раз какой-то мальчишка брыкается на ее пути. Ни она, ни ее друг не понимают и не видят этого.

— Ну, наверняка они как-то объясняют эти твои выкрутасы. — Она повела рукой в воздухе, пытаясь материализовать, видимо, те самые мои выкрутасы. — Возможно, они думают, что ты жадина-говядина, сидящий, как собака на сене: и самому не надо и другим не даешь. Оп-па, амулетики.

— Не понял, что за амулетики? — Я встрепенулся от ее концовки.

— Бежит твой защитник прямо к тебе. — Она словно прислушивалась к чему-то. — Я в соседнюю комнату, пока незачем нам с ним встречаться.

Жеткич не заставил себя ждать, вновь наплевав на хороший тон, войдя ко мне без стука."

"— Барон! — Лицо каменное, взгляд злой. — У нас на землях объявилась нечисть!

— Я в курсе, сэр. — Для полноты картины не хватало аккуратной кружечки чая, чтобы так, знаете, с оттопыренным мизинчиком сделать глоток. Ну или пенсне, на худой конец.

— Как?! И вы молчали?! — У него аж кулаки сжались.

— Не пойму вас, вы ведь тоже должны быть в курсе оккупации моих водоемов водяной нечистью, увы, из-за них мы с вами и встретились в этот недобрый час! — Определенно, мне бы пенсне, ну или надо опять попросить тросточку у графа, красивая вещица.

— Прекратите валять дурака! — Он подлетел ко мне, впиваясь взглядом. — Навки не нечисть! Они разумны, прекрасны и на целую голову выше всех нас в своем величии! Если тут кого и называть нечистью, так это нас, людей!

— Ого.