Месть невольницы. Истинная для дракона

Если бы дедушка Эвир был жив, она бы обратилась к нему. Но его больше нет. А последний совет — вернуть тех, кто был добр. Арсель не мог проявлять свою доброту или привязанность в полной мере, он сам находился в положении узника своей же семьи. А потом узницей стала и она.

И теперь под толстым слоем пыли её равнодушия начали пробиваться ростки зудящего нетерпения. Все же младший принц был для неё не просто одним из членов правящей семьи, а близким по духу и проблемам существом. Позже, когда в её жизни появился сын, она поняла, что чувства, которые испытывала раньше к Арселю, были сродни материнскому инстинкту.

Но на сегодня ей предстояло разобраться с еще одним вопросом.

Эльма, сдерживающая счастливую улыбку, прошмыгнула вслед за недовольной госпожой Альей, которая вошла в кабинет, поджав губы. Служанке не терпелось узнать, что же такого будут обсуждать две такие разные госпожи.

Когда она сообщила драконице, что мать наследника желает видеть её в кабинете, с той едва не случился приступ. И хотя она пыталась изо всех сил скрыть свой панический страх, Эльма прекрасно все заметила и даже испытала нечто вроде доброго злорадства. Она уважала госпожу Алью, но все же, когда во дворце появился хоть кто-то, кто мог бы её немного сдерживать от грубости, стало гораздо спокойнее.

К тому же новая госпожа приблизила её к себе, позволив прислуживать ей лично и исполнять непосредственные поручения. Эльма, признаться, немного переживала раньше, что вся её семья прислуживала лично членам правящей династии, даже наследникам, а она — обычная горничная во дворце. Теперь же, когда её отпустят домой на выходной, можно будет похвастаться, что она — правая рука матери наследника, и даже застилает им постель и готовит ванную.

Правда госпожа не позволяет ей оказать помощь при купании, но ничего, когда она привыкнет к здешним порядкам, то точно для этой роли пригласит Эльму. Ну а кого же ещё?

В это время старая драконица встала у кресла, видимо, прикидывая в голове, может ли она сесть сама, если стоит госпожа Эммилия. И Эльма вновь спрятала ухмылку.

Молодая госпожа указала рукой на два кресла у стола, а сама осталась стоять у раскрытого окна:

— Присаживайтесь, прошу.

О, с каким удовольствие Эльма садилась возле госпожи Альи. Та не могла отменить приказ той, что была выше её по положению, но отчетливо скрипнула зубами из-за того, что её статус сравняли с обычной горничной, предложив присесть обоим.

— Поясню сразу, почему здесь находится Эльма, — мне просто не хотелось бы повторять все дважды. Я прошу освободить её от иной работы, так как теперь её прямая обязанность находиться возле меня и исполнять обязанности личной фрейлины и секретаря.