Месть ей к лицу

Значит, смею предположить, что я за городом. Весенних птиц тоже не было слышно. Может, у меня что-то случилось со слухом? Мне захотелось сильно потереть уши, и я пошевелила руками. Что-то звякнуло, меня это обрадовало – значит, слышу. Но руками до лица я не дотянулась, они словно не слушались. Я еще раз ими шевельнула и убедилась, что они за спиной и в наручниках. А вот это уже интересно! И одновременно я с презрением фыркнула – нашли чем удивить.

Ко мне более-менее вернулась способность соображать. Надо попытаться аккуратно перевернуться на бок и в очередной раз открыть глаза. Но осторожно опираясь на локоть, я не только перевернулась, но и умудрилась принять сидячее положение. Ныли затылок и шея, а также давали о себе знать вывернутые назад руки. Я глубоко вдохнула и выдохнула – слава богу, ребра целы, и никаких внутренних повреждений я не ощущала. Я подвигала ногами – все нормально, даже ботинки на месте.

Я осмотрелась. Вокруг была кирпичная кладка круглых стен, и выглядела она очень старой. Дно ямы было завалено прелой листвой, тряпьем и размякшим от влаги картоном. И под всем этим мусором хлюпала противная холодная жижа.

Похоже на колодец. Господи, меня скинули в какой-то колодец! Так, спокойно, Татьяна, без паники, и не в таких ситуациях бывала, и не раз приходила к выводу, что выход есть из любых неприятностей. Выберемся и на этот раз, главное – не паниковать. Я прикинула глубину – метров пять, не меньше. В самом верху сохранились две железные скобы. А рядом с моей коленкой торчал кусок арматуры. Я тут же покрылась мурашками, а в желудке что-то зашевелилось. Удачно я, оказывается, приземлилась. Могла бы и как кусок мяса на шампур. Так что, Танюша, удача на твоей стороне, и это не может не радовать.

Но больше всего в этой ситуации меня напрягал не сам факт того, что меня скинули в колодец, и даже не наручники, да и вообще, не все мое незавидное в данный момент положение. Коробило то, что меня – опытного, никому не доверяющего детектива со стажем – сделали как маленькую глупую девчонку. Как я могла пропустить удар по своей многострадальной шее, почему была так невнимательна и не заметила подкравшегося сзади врага. Эх, Татьяна, век живи, век учись. В очередной раз я поняла, что все учесть и предусмотреть невозможно. В этом я уже убедилась за годы своей детективной практики. Так что корить себя нет смысла, надо скорее отсюда выбираться."

"Но сначала необходимо освободить руки. Мне было вполне по силам в течение нескольких секунд молниеносным движением кистей рук избавиться от наручников, исключая, конечно, специальный их тип, в которых перевозят государственных преступников.