Месть Черного Паука

Она даже не подняла головы и не увидела Славку, который смотрел на неё сквозь перила следующего лестничного марша.

А он был поражен её обликом. Трудно было поверить, что ещё совсем недавно он тосковал по этому невзрачному существу, жадно прижимающему к сердцу кулек с тряпками. Неживые крашеные волосы, мелкие черты лица, тщательно, но напрасно подрисованные косметикой, суетливые движения маленькой хищницы, урвавшей дармовой кусочек, – все это вызвало теперь глубокое удивление. Его даже не укололо, что Танька оказалась любовницей очередного его врага. Передернув плечами от гадливости, Славка тоже стал спускаться, недоумевая, что он мог найти в этой совершенно чужой особе. Внизу затихал торопливый стук каблуков.

Сзади загремело железо. Кто-то запирал стальные двери тридцать седьмой квартиры. Этот человек не интересовал Славку. Он не сомневался, что тому нет дела до него, надо быстрей бежать к шефу, дожидающемуся в машине. Тяжело сопя и отдуваясь, человек тоже начал спускаться так, что Славка сквозь подошвы почувствовал, как дрожат и прогибаются бетонные лестничные марши. Только тут он понял, что это не просто шофер.

Загородив широченными плечами лестницу от стены до перил, это шел человекообразный Танькин друг, та самая горилла, которую Славка опрометчиво принимал за её любовника. Оказалось, что это всего-навсего охранник, приставленный Будякиным."

"Человекообразный гигант тоже узнал Славку и очень удивился. На его мясистом лице появилось выражение тупой задумчивости, словно сам процесс мышления был ему плохо знаком и давался с трудом. Видимо, он больше подчинялся инстинктам и командам со стороны. Но на этот раз его мозги сработали быстрее, чем обычно, и он обрушился на Славку, словно бетонная плита, сорвавшаяся с крана.

С нечеловеческой силой гориллоподобный атлет сгреб Славку и, промчав до конца пролета, припрессовал его в угол межэтажной лестничной клетки. Славка оказался прижат в простенок между окном и вертикальной трубой отопления, стоявшей в самом углу. Он даже сообразить ничего не успел и руки из карманов не вытащил. Внутренности его екнули, а в легких не осталось и глотка воздуха, так его притиснул могучим брюхом бывший спортсмен.

Но он же и дал послабление, отстранившись на четверть шага, чтобы схватить Славку за горло. Огромная волосатая лапа сдавила шею, как кузнечными клещами, аж слезы на глаза навернулись. А вторая лапа, сжатая в кулак, по размерам не уступавший футбольному мячу, медленно пошла назад, изготавливаясь для страшного удара, способного размозжить голову жертвы.

Вдохнуть Славка по-прежнему не мог, но руки из карманов вытащил. И они по-прежнему сжимали пистолет и наручники.