Месть Черного Паука

Эти качества у советской молодежи считались отрицательными, но именно они позволяли человеку продвинуться в жизни. На обленившуюся и расслабленную страну надвигалась горбачевская перестройка, партия порывалась строить социализм с человеческим лицом и нехотя признавала ошибки прошлого. Пахло демократией и гласностью.

Первое, что увидел Горелов в университетском коридоре, была стенная газета ""Правдец"" N16. Стало слегка обидно. Но встретили его как героя. И те же самые люди, что два года назад пинали на собрании. И даже показали его затрепанный ""Правдец"", сохраненный в парткоме и тщательно отскобленный от всех подчеркиваний и гневных надписей. Мстительно улыбаясь, Горелов свернул газету в рулончик и унес домой.

Он восстановился на заочное отделение. Слишком интересное наступило время, чтобы расходовать его на бессмысленное сидение в аудитории, слушая идиотскую ""Экономику сельского хозяйства"" или ""Историю КПСС"". Горелов уже понял, что журфак не дает ни образования, ни профессии, только ""вышку"" диплом о высшем образовании. На журналиста учиться вовсе не обязательно, иди и делай газетные материалы, если способности есть.

С работой определился быстро. Взяли внештатником в областную ""молодежку"". Без оклада, на одних гонорарах, зато свободен. Всех обязанностей – одиннадцать материалов в год. Учитывая свое героическое прошлое, специализироваться стал на политике. Раньше это считалось самой гнилой работой – сплошная партийно-комсомольская жизнь и будни райкомов. Но сейчас появились благодатные темы – неформалы, белые пятна прошлого, созидательное творчество масс, самоуправление и альтернативные выборы.

Потом все завертелось с такой скоростью, что Горелов и сам не понял, как оказался одним из руководителей ""левомолодежного крыла"" в КПСС, а, может, ""праворадикального"". Путаницы хватало, сами понять ничего не могли. Потом шумно вышел из партии и стал трудиться в предвыборном штабе одного из местных демократических лидеров. Лидер успешно прошел в Верховный Совет СССР, сделал в Москве карьеру и пропал с глаз. А на базе штаба образовалось ""Бюро социальных технологий"".

Учиться заочно оказалось очень легко. Как прежде, когда заочники-обкомовцы шутя сдавали все экзамены и зачеты, едва успев рот раскрыть и сказать ""э…"", так сейчас Горелову уважительно ставили ""отл"" (изредка, однако, и ""хор"", были такие вредины) а потом ещё минут двадцать расспрашивали о разных закулисных политических делах. Поскольку в ""Бюро"" регулярно подхалтуривали доценты и профессора с философского факультета, они легко подбили Горелова на диссертацию. Никакая аспирантура даже не понадобилась. Уж очень не хватало серьезных актуальных работ. Валере с его диссидентским прошлым и карты в руки.