Месть Акулы

После этого он ещё дважды привлекался к уголовной ответственности по материалам, первичную проверку которых производил я. Один раз получил год условно, а по последнему эпизоду суда ещё не было.

— Свидетель Губащенко, расскажите о событиях в ночь с девятнадцатого на двадцатое октября этого года…

— Ну типа, это…

— Без «типа», пожалуйста. Говорите, я слушаю.

Вася собрался и выдал текст, который его заставил вызубрить уэсбэшник:"

"— Утром девятнадцатого октября ко мне приехали Волгин и ещё один сотрудник милиции, прежде мне неизвестный. Волгин расспрашивал меня о моём соседе по дому, Антоне Шмелёве. Я рассказал, что видел, как ночью к нему заходил какой-то мужчина, которого мне раньше видеть не приходилось, а рано утром этот человек уехал на автомашине «Ока», принадлежащей Шмелёву. Волгин попросил, чтобы я позвонил ему, если этот мужчина появится снова. Он приехал вечером. Я позвонил Волгину и сообщил об этом. Волгин попросил меня наблюдать и обещал скоро приехать. Приехали он и второй сотрудник милиции минут через тридцать или сорок, я точно не помню. К этому времени Шмелёв и его гость ушли в лес. Я указал Волгину направление. Он и второй сотрудник милиции пошли в том направлении, и в это время в лесу началась стрельба. Выстрелов было очень много. Я испугался и спрятался, но хорошо видел, как Волгин и второй сотрудник милиции задержали мужчину и девушку, которые выходили из леса. Это было через несколько минут после того, как стрельба прекратилась. В мужчине я опознал человека, который приезжал к Шмелёву. Девушку я никогда раньше не видел. Она отошла в сторону, а Волгин и второй сотрудник милиции поговорили с мужчиной. Слов я не слышал. Мне показалось, он им что-то передал, после чего его отпустили. Вскоре приехали другие сотрудники милиции. Позже я узнал, что в лесу погибли Шмелёв и ещё четыре человека.

Волгин слушал рассказ и думал про своего оппонента: «Крепко же на тебя накатили, если ты согласился меня заложить». Губащенко был его карманным осведомителем. Сотрудничество было взаимовыгодным. Наркоман поставлял информацию, Сергей в обмен на это изредка помогал ему избежать мелких трений с законом. Будь они посерьёзнее, соверши Вася что-нибудь более крупное, нежели кража медного провода с электроподстанции, которую и без него давно разворовали, или хранение дозы «герыча», — и Волгин заступаться бы не стал. В лучшем случае похлопотал бы о том, чтобы в изоляторе Васе досталась приличная камера. Но Губащенко за рамки не выходил. То, что он согласился дать показания на своего куратора и благодетеля, говорило о том, что выбора у него не оставалось. Сотрудники УСБ тоже умеют ставить «вилки». Только почему-то делают это не тогда, когда нужно.

Злости к Губащенко Сергей не испытывал.