Чернокнижник. Черная Месса

А среднестатистический маг за лишнюю крупицу силы продаст не только мать родную, но и любого другого, не менее родного человека.

— Жутко.

— Реально. И тебе в этом ""реально"" дальше вариться. Так что уясни для себя одно — громя бары, гоняя наперегонки по Нью — Йорку, взрывая Искариотов ты привлекаешь внимание. А для очень большого количества магов это как красная тряпка на быка.

— На самом деле быки реагируют не на цвет, а на мельтешение, — поправил Алекс.

— Умник, — фыркнул Керк.

Дум закончил с ногами и откинулся на спинку стула. Все тело ныло и болело. Но совсем не так, как болело бы у нормального человека. Видимо магия все же с ним что-то сделала, раз он смог провернуть все это.

— Ладно, говори уже, — вздохнул Дух, усаживаясь на плечо Алексу.

— Говорить… что?

— Ой, не делай мне ха — ха — ха. Я как прилетел, так на тебе лица нет.

Дум пощупал свои щеки и нос.

— Да вроде не месте.

Ласточка склонила голову на бок и чуть округлила глаза — бусинки.

— Серьезно? Слушай, я же не просто так зовусь Проводником. Выкладывай давай. Мы, если эти два дня переживем, еще очень долго будем вместе. Не стоит начинать с плохого старта. Давай вообще начнем заново, — Керк прокашлялся, перепорхнул на стол и на манер офицеров прошлого века, прижал крыло к поясу (ну или к тому месту, где он должен быть) и щелкнул коготками. — Меня зовут Кершмильцектон — герха — альконет’эрно — тортамеркомперк. Дух неба и земли, один из ста двадцати потомков Сидхе, последний из Ираф. Властью и правом Великого Змея назначен Духом Проводником. Все удостоверяющие документы в наличии и вовремя заверены. Имеется лицензия на полеты в любом воздушном пространстве. Для друзей — просто Керк.

— И много людей тебя называют Керком?

— Пока только один, но я не собираюсь останавливаться на достигнутом!

Напарники переглянулись и засмеялись. Алекс давно так не смеялся. Чтобы до слез и боли в животе.

— Теперь твоя очередь.

Юноша тоже прокашлялся и, немного прихрамывая, поднялся со стула.

— Александр Думский. Маг поневоле.

— И что же тебя, мой новоявленный друг, беспокоит?

Алекс тяжело опустился на стул и прикрыл глаза. Перед его глазами в очередной раз пропыла сцена, в которой тело Искариота падает на газовую трубу. Даже если остальные спаслись от взрыва, то тому бедолагу осколок трубы пробил легкое. И не просто пробил — а проделал дыру размером с тенисный мяч.

— Я убил человека.

Какое-то время в доме висела тишина.

— Магией? — неожиданно строго спросил Керк.

— Технически и де — юре — нет.

Прозвучал облегченный выдох.

— Тогда ничего страшного.

— Ничего страшного?!

— То есть я хотел сказать — какой кошмар! Какой ужас! Да как ты мог!

Думский вновь закатил глаза.

— Мне сейчас не до шуток.