Чернокнижник. Черная Месса

 Проклятье, не удивительно, если весь квартал почувствовал острый приступ сонливости, а в церкви внезапно вспыхнули свечи.

— Адские звезды, помилуй, какие деньги! Мы ставим только волю. И я еще не встречал мага, который бы отказался от прибавки к силе. Даже мизерной. И не важно, гильдейский он или ковенский.

— Все равно пятнадцать лет — длительный срок. Я уже устал повторять, что не планирую дальше следующей пятницы, потому что кто знает — доживу ли до… следующего вечера!

— И опять неправильно. На жизнь мы тоже не ставим, впрочем, это уже другая история, — Падший замолчал и повернулся в сторону входа. — Они обнаружили барьер, — недовольно произнес он. — неужели у них руки из плечей начали расти… Переходим к сути, потомок Шломо. У тебя есть Проводник от белокрылых и их Хартии, теперь у тебя есть наш Проводник. Прошу любить и жаловать.

Постойте! Если он правильно понял слово ""белокрылые"", это значит Хартию написали… ангелы? Нет, о таком Алекс даже задумываться не хотел. Теология никогда не была его сильной стороной. Да и верить в какого-то дядьку, сидящего на небесах и дергающего за ниточки твоей ""судьбы"" как-то не хотелось. Так что Алекс оставит всю эту религиозную мешанину тем, кому это по душе."

"— Прости, не обижайся только, но мне нравится Керк и его глупые шуточки. Место уже занято. Можешь отправляться обратно в свое пекло.

— Как бестактно, — в голосе прозвучала скрытая угроза. Пока что скрытая… — Извини, но я не Дух Закона и не собираюсь постоянно носиться за тобой хвостиком. Увольте, есть занятия и поинтересней.

— Тогда чего ты, проклятье, хочешь?! — Алекс не сдержался и перешел на крик.

Не от раздражения, а от испуга. Падший пугал его. Пугал до жути.

— Всего лишь помочь. Хочешь — сломаю эту дурацкую клетку. Хочешь — убью всех Искариотов. Хочешь — сниму с тебя печать Хартии и сделаю невидимым для белокрылых и их судий. Или, — падший в третий раз подмигнул. — ты хочешь малышку Лизу? Тоже не вопрос. Стоит тебе лишь попросить и вам обеспечена ночь в лучшем люксе Ritz. Или две. Или десять — сколько пожелаешь… Но не больше месяца! У меня, все таки, тоже бюджет… чертова бюрократия.

— И все эти блага всего — лишь за мою душу?

И вновь этот полубезумный, кристально — чистый, лживый смех.

— Мы живем долго, — повторил Падший. — за такое время хочешь не хочешь, а учишься правильным вложениям. Что я получу с одной твоей души? Так, пшик. Нет, я в тебя проинвестирую. Тебе даже не надо ничего делать. Никаких кровавых жертвоприношений и прочей мути. Просто согласись.

— Говоришь много, а цену так и не назвал.

— Душа.

Алекс поперхнулся.

— Ты издеваешься?!

— Да не твоя! — надо заметить, чертыхания из уст черта звучат немного сюрреалистично. — Чужая.