Мерзавец

Мы словно делаем маленькие шаги: от простого трепа к чему-то более осязаемому.

Мерзавец:«Вишня моя, Анюта, Анна, Анечка, мне просто необходим твой голос. Не отказывай больному человеку».

Точно мерзавец. Давит на жалость.

Вишенка:«Больному на голову?»

Смеюсь, прикрывая глаза рукой. Что я несу?

Мерзавец«Да, в точку. Я звоню, ответь мне».

Чёрт, чёрт, чёрт. Зачем-то сажусь ровно на диване и поправляю волосы, словно Матвей меня увидит.

Звонок, дыхание спирает, кусаю губы. Мы знакомы и одновременно чужие. Мало ли, что люди несут в интернете. Реальность – она другая. Жму за значок «Ответить», подношу телефон к уху и прикрываю глаза.

— Да, — тихо отвечаю.

— Ну привет, моя Вишня, — голос у него низкий, немного хриплый, словно уставший, но приятный.

— Я не твоя, — выдыхаю в трубку.

— Так вышло, что я тебя присвоил, — усмехается. — Забыла? Я самоуверенный и наглый.

— Тебя не забудешь, — усмехаюсь.

— Красивый голос, Анюта. Расскажи мне еще что-нибудь.

— Что именно?

— Все, что хочешь, можешь нести чушь, просто говори.

— По мнению экологов, глобальное потепление несет угрозу и уже через двадцать лет наша планета пройдёт точку невозврата, что приведёт… — смеюсь, останавливаясь. Он же сказал, что ему все равно, что я буду нести. — Интересно? — хитро интересуюсь я. Ловлю себя на том, что меня отпускает и мы уже общаемся легко. Наглый и самоуверенный Мерзавец умеет располагать к себе.

— Очень, продолжай. К чему приведёт глобальное потепление?

— К катастрофическим последствиям, — печально сообщаю ему я.

— Оу, тогда у нас мало времени. Двадцать лет, говоришь? Надо успеть пожить в этой версии нашей планеты. Или давай запишемся в ряды экоактивистов, бросим все и начнем спасать мир. Собирайся, Вишня, у нас мало времени.

— Куда собираться? — смеюсь я.

— Как куда? Уедем подальше в тайгу, создадим общину, будем топить за экологию, нарожаем детей, которые продолжат наше дело.

— Ммм, заманчивое предложение. Мне, как человеку, уставшему от социума, подходит.

— Тем более, моя Вишня. Собирайся, нельзя терять ни минуты.

Замолкаем, дыша в трубку. Такая говорящая пауза, когда нечего говорить, но обрывать звонок не хочется.

— У тебя тоже очень приятный голос, — признаюсь я.

— Моя очередь говорить?

— Да.

— «Я не любил её, мне просто было в кайф,

Когда она сопела мирно рядом,

Читала фэнтези и слушала свой «Чайф»,

И провожала по утрам влюблённым взглядом.

Я не любил её, мне было хорошо –

Ни одиночества с ней не было, ни скуки.

Мне было по фигу, их сколько там ещё,

Но мне не нравились на ней чужие руки», — вдруг произносит Матвей.

Слова в совокупности с его низким хриплым голосом вызывают восторг и мурашки по коже.

Кто ты, Мерзавец? Так сладко и умело обольщает.

— Твои стихи?

— Нет, Нюта, не мои. Просто как-то запали, запомнились.