Тюрьма мертвых

А в самом конце положил руку мне на плечо и сказал:

– Дружище, я тебе верю, вот честное слово, верю, не похож ты на балабола, да и после твоих слов все начало вставать на свои места. Значит, нужно что-то делать!

Он начал бормотать себе под нос:

– Какой же я дурак, что сам это не увидел, тюрьма для мертвяков, да, подумать только.

Я выдохнул. С плеч наконец свалился тяжеленный остроугольный валун тайн и сомнений, я почувствовал невероятную легкость, меня услышали.

– Для начала мне нужна твоя помощь.

– Все, что потребуется, братан, не переживай, я тебе помогу!

– Спасибо, но давай все-таки будем делать вид, что работаем, иначе они быстро все поймут.

– Конечно. – Он помог мне подтащить сварочный аппарат.

Я достал электроды, а сам параллельно продолжал говорить:

– Мне нужно, чтобы ты в следующий свой выходной рассказал моей жене обо мне, – сказав это, я присел на корточки и начал приваривать пруток.

– Без проблем, вообще легко, не переживай, все сделаю. – Вадик так заболтался, что отпустил пруток раньше времени, тот оторвался и через секунду ударился о бетонный пол, громко лязгнув.

Я не видел этого, так как на глазах была маска, но мне показалось, будто я услышал легкое завывание, похожее на то, как воют люди, когда им больно.

– Аккуратнее!

Вдалеке послышались шаги охранника.

Вадик засуетился и в мгновение ока, подняв пруток, засадил его на место, а я сразу начал варить. Через минуту все было сделано. Суровая лысая физиономия холодно смотрела на нас сверху вниз.

– Готово, – отрапортовал я и начал собираться.

Вадик последовал моему примеру. Всю дорогу назад я думал о том, что поступил правильно, рассказав все Вадику, – теперь у меня есть настоящий союзник, которому можно доверять.

В вагонетке мы сели друг напротив друга. Я посмотрел на Вадика и улыбнулся ему в знак нашего тайного соглашения, тот ответил мне взаимностью, и вдруг мне бросилась в глаза его правая щека. На ней появилась небольшая, но глубокая бороздка шрама. Я готов был поспорить, что, когда мы ехали сюда, лицо Вадика было ровным и чистым, без каких-либо болячек.

Он заметил мой взгляд и провел пальцами по лицу. Нащупав шрам, он продолжил смотреть на меня. В этот момент мы оба поняли, что это значит. Внутри меня снова все завязалось в узел, и, кажется, теперь его так просто не развязать.

Всю оставшуюся дорогу я не сводил взгляда с Вадика. Нас ждал серьезный разговор.

Как только вагонетка остановилась и мы оказались на своей рабочей площадке, Вадик обогнал меня и преградил путь.

– Слушай, я все прекрасно понимаю, но тебе тоже придется меня понять! – Голос его ломался, он был взволнован и очень напуган.

– Пошел ты знаешь куда! – скрипя зубами, ответил я и оттолкнул его.