Тюрьма мертвых

От этих мыслей узел внутри потихоньку ослаб, и настроение пошло в гору, я начал планировать наш разговор и продумывать детали.

Почти весь день прошел в полудремотном состоянии, поэтому спать я лег сразу после ужина. А наутро, когда вдали послышался звук вагонетки, сон моментально улетучился. А как только я увидел Вадика, волнение переполнило меня и повалило через край.

«Мы поговорим скоро».

– Олег, здорóво, ну как отдохнул? – не успев сойти на землю, замахал рукой Вадик.

«Нет, это тип меня не сдаст, он нормальный парень».

– Отоспался! – не менее резво ответил я, глядя в сторону охранника, сидевшего в вагонетке.

– Молодцом, а я тебе сигарет купил, целый блок! – Вадик кинул мне коробку самых дешевых сигарет, но я был ужасно рад и этому.

Закурив по одной, мы уселись на кровать в ближайшей камере.

– А ты что, все воскресенье тут проторчал?

– Угу.

– И не надоели тебе эти стены?

Я пожал плечами. Нас могли услышать, пока что нужно быть начеку. Лучше всего начать разговор, будучи уверенным, что рядом никого; надеюсь, такая возможность скоро представится.

День начался как обычно. Мы уже перешли на второй уровень. Еще пару недель, и весь участок будет зарешечен, а значит, нас отправят на следующий.

Прежде чем начать разговор с Вадиком, мне нужно было окончательно убедиться в его честности и открытости. Тогда я ненавязчиво начал интересоваться его жизнью, планами, его мыслями по поводу этого места, стараясь услышать в словах хотя бы что-то, что могло бы вызвать сомнения.

– Вадик, а ты на сколько подписал договор? – обратился я к нему в середине дня, когда охранник ушел из зоны видимости.

– На полгода, а ты?

– Восемь месяцев. Ну и что скажешь – протянешь?

– Ох, не знаю, Олежка. Я – птица вольная, сегодня тут, завтра там. Если честно, между нами, – он перешел на полушепот, – я больше двух месяцев нигде не задерживаюсь. Не могу, вот понимаешь, не могу, и все. То начальство меня бесить начинает, то работа, то зарплата. Я поначалу начинаю халяву гнать, потом уходить с работы раньше, опаздывать, а бывает, и мордобоем заканчивается, во как.

Я посмотрел на него с изумлением.

– Да не бо-ииись ты, – заулыбался он, завидев мою реакцию, – ты хороший парень, мы с тобой вот такая команда. – Он поднял вверх большой палец.

Я улыбнулся в ответ уголком рта и продолжил:

– А что насчет здешних правил?

– А что насчет них?

– Ну то, что вся информация строго конфиденциальна, – говоря это, я покривлялся, изображая констебля из детективного кино.

– Олежка, я же тебе говорил, мне по барабану все эти бумажки, правила и прочая ахинея, что хочу, то и говорю, когда захочу, тогда и уволюсь, а договора свои они могут засунуть себе…

– В одно место, я помню. – Я улыбался, слушая эти разглагольствования.