Тюрьма мертвых

– А-р-р! Вот сука, чтоб тебя, за что мне такое везение сегодня? – Я ругался, не стесняясь; в такие моменты меня вообще мало волновало, слышно меня или нет.

Судя по звуку, вагонетка будет здесь через минуту, а значит, нужно что-то решать, и я почти бросился бежать.

«Наверняка я успею вернуться к распутью и снова спрятаться там».

Но стоило мне подняться и взглянуть на дверь, в голове зародилась мысль: «Слова и цифры, сплошные слова и цифры».

Тогда я быстро вытащил блокнот из заднего кармана и, судорожно перелистывая страницы, начал искать слово, похожее на то, что было на табличке.

«Вот оно!» – я не верил собственным глазам. А рядом – пять цифр, выстроенных в нужном порядке для их нажатия.

Ту-дук-тук-тук-ту-дук-тук-тук – доносилось все громче; этот звук уже успел превратиться в мою личную фобию.

Сработает или нет – я мог лишь догадываться, но на размышления не было времени, и пальцы начали проверять догадку. Окаменевшие цифры не хотели вдавливаться. Время и сырость сделали свое дело, металл так сильно окислился и проржавел, что, как я ни старался, ничего не выходило.

Глазами я искал что-нибудь, что могло мне помочь вдавить эти проклятые кнопки, но ничего подходящего не находил. Тогда я вспомнил про металлическую ручку, которую оторвал от двери. Я начал колотить ею, как отбойным молотком, часто не попадая. Неохотно, словно делая мне одолжение, цифры одна за другой зашли внутрь. Времени было в обрез, еще несколько секунд, и вагонетка появится из-за угла, и меня сразу будет видно. Оставалась всего одна кнопка, я не успевал. Тогда, не придумав ничего лучше, я со всей силы ударил ручкой по лампе. Раздался треск, стекло осыпалось, немного задев кожу, но это сработало. Вагонетка выехала из-за угла, ее было слышно, но не видно. Она была где-то в темноте, как и я. Мне хватило времени, чтобы вжать последнюю кнопку, и, к удивлению, все сработало. Дверь поддалась, я молнией залетел внутрь, закрыв ее за собой. Внутри, как ни странно, горел свет.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы восстановить дыхание. В нос бил стойкий запах плесени и прелой бумаги. Свет фосфорного оттенка исходил непонятно откуда – все вокруг, включая воздух, словно был пропитано этим сиянием.

Помещение напоминало картотеку или архив. Стеллажи из массивных досок упирались в потолок и стояли рядами, разделенные узкими проходами. На каждой полке под слоем сантиметровой пыли лежали тома с толстыми переплетами. Я шагнул вперед, чтобы осмотреться, при этом стараясь ничего не касаться. Книги мирно дремали под плотными одеялами из пыли. Кажется, они не желали того, чтобы кто-то нарушал их сон.

Когда я подошел поближе, то заметил поразительную, будоражащую кровь странность. Свет исходил от самих книг.

«Радиация? – это первое, что пришло в голову.