Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Они стояли абсолютно неподвижно. Человек так не может, даже во сне. А эти были похожи на игрушки, из которых вынули батарейки и повесили на крючок — все как один стоят, уронив голову на грудь, которая почти незаметно приподнимается и опускается в такт скупым вдохам."

"Леха ткнул меня в бок и показал пальцем влево. Я глянул и ахнул — подходили новые зомби. Они шли спокойным расслабленным шагом, занимали среди деревьев свое, ведомое только им место в толпе сородичей и сразу же «отключались», роняя подбородки в яремные ямки.

— Все, я ухожу, — прошипел Леха нервно облизнул губы. — Ты, Димыч, вообще с ума сошел, я это еще на дороге заметил. Полез сюда с дебильной рожей, и хрен тебя остановишь. В общем, я пас.

— Уходим, — кивнул я, пытаясь вспомнить, когда отступило наваждение — в голове прояснилось, и я искренне недоумевал, за каким макаром пришел сюда и притащил Леху.

Я повернулся к дороге, и мое сердце чуть не выскочило из груди — прямо передо мной был крепкий лысый мужик в потертом джинсовом костюме. Но он не видел меня, он вообще ничего не видел. Шел, глядя в пустоту, чтобы присоединиться к другим зараженным. Он занес ногу для шага и неизменно наткнулся бы на меня, если бы не Леха.

Тот, переволновавшись со страху, врезал зомби прикладом в затылок, и тот рухнул, как подкошенный, успев при этом сломать пару-тройку сухих веток. Громкий треск пронзил лесную тишину, и мы испуганно замерли с перекошенными от страха лицами, готовые бежать. Напрасно. Никто не обращал на нас внимания! Даже те, кто еще не успел впасть в «спящий режим».

Прошло несколько долгих секунд, а потом Леха грязно выругался и побежал, а я поспешил за ним. Добираясь до субару мы, наверное, поставили новый мировой рекорд в беге с препятствиями. Добежав, сразу нырнули в уют салона и помчались назад.

Лишь когда мы добрались до поворота на шестьдесят третье шоссе, оставив на юге городок Ломзу, Леха расслабился и закурил. Он с наслаждением выпускал дым в приоткрытое окно, другой рукой поглаживая автомат.

Последующие два часа мы провели в гробовом молчании, летели по пустой дороге сквозь безжизненные островки городов и деревень, пока Леха не заявил, что хочет есть. Голод пришел вовремя — я как раз отстраненно поймал себя на мысли, что внимания на дорогу совсем не хватает, так что выскочи на проезжую часть толпа зомби или здоровенный кабан, я наверняка не успею среагировать.

Мне пришло в голову одно место, где я часто бывал проездом, когда ездил на автобусе из Гданьска в Варшаву и обратно.

Позади остался Ольштынек, и вскоре потянулись ухоженные частные дома. Только Лехе до Европы больше не было никакого дела, он был весь на взводе после того случая.