Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Симпатичные и незамужние, а еще напуганные, нуждающиеся в защите. Эк, Витя, куда ж тебя несет-то…

Хотя, кто знает, где безопаснее. В эти лагеря — если они есть, конечно — наверняка набилось столько народу, что контролировать такую толпу никому не под силу. А ведь могут приезжать и малодушные зараженные, старающиеся этот неприятный факт скрыть, надеясь непонятно на что. И ведь скроют, с них станется, поди-ка, проверь каждого досконально — времени не напасешься. А потом такой городок, где кроме тканевых стенок палаток или картонных летних домиков нет никакой внутренней защиты, превратится в бойню, из которой так просто уже не сбежишь. Военные, охраняющие периметр, наверняка отступят — они-то ждут удара снаружи, а тут рвануло внутри. Солдаты тоже люди, хотят жить, хотят вернуться к семьям, их можно понять. Каково стеречь незнакомых тебе людей, когда родные голодают, забаррикадировавшись в доме и готовясь к медленной смерти.

Стоило немного постоять и внимательнее рассмотреть все вокруг, как стало ясно, кое-что все же изменилось. Во-первых, в доме напротив сгорели две квартиры, расположенные друг над другом. Огонь давно утих, и сейчас из очерченных неряшливой черной рамкой выгоревших окон в воздух поднимались слабенькие струйки бледного дыма, еле заметные при свете фонарей. Если бы Виктор в кратких перерывах между сном, лежанием на кровати и возлияниями не поленился выходить покурить на балкон, он, возможно, увидел бы что-нибудь интересное. А так, через задернутые шторы и пелену табачного дыма, которым здесь уже пропитался каждый уголок, много не разглядишь. Шум выстрелов и визг тормозов как-то быстро перестали удивлять и потрясать, словно так и должно быть. В любой другой ситуации они бы заставили Виктора выйти и посмотреть, что делается в мире, но не тогда, когда мир утратил для него всякую притягательность. Пусть горит, пес с ним.

Во-вторых, к прежним свидетельствам катастрофы — голубому Пежо и брошенной полицейской машине с распахнутыми дверями — добавился еще какой-то солидный джип, сваливший фонарный столб прямо на навес летнего кафе, от чего тот опасно прогнулся. Ну и, в-третьих, кто-то превратил стеклянные стены булочной на углу в груду осколков. Жаль, там были прекрасные круассаны. Виктор, конечно, не был экспертом в этой области, но ему нравилась выпечка из этого места — два шага от дома, и мягкий, теплый завтрак готов.

Единственное, что осталось неизменным, так это трупы тех, кого подстрелили сотрудники полиции. К счастью, их было невозможно изучить лучше — все открытые участки тела облепили мушки. Какая гадость!

— Анчоусы пушистые!.. Значит, это все на самом деле, — Виктор задумчиво потер бороду.