Мертвые хризантемы

Зрелище, скажу я вам, жутчайшее… – сказала Полина, и Кучеров кивнул:

– Ага, есть у нее такое. Помню, они в школе какой-то спектакль играли, так Динка вот как раз в таком макияже и явилась, там у классухи их чуть инфаркт не приключился.

– А сестра ваша с ней общалась?

– Да вы что? Динка изгоем была. Бить, правда, никто не решался – знали, что отец ее научил каким-то хитрым приемам. Но ни в компании не брали, ни на вечеринки не звали. А спектакль – это классуха настояла, ну вот и получила… Динка, кстати, танцами занималась в Доме творчества, вот там была у нее какая-то вроде подружка. – Кучеров почесал в затылке. – Нет, я не вспомню, надо Машу спросить. Маша – это сестра моя, – объяснил он Полине, и та кивнула:

– Да, было бы хорошо. Анита Геннадьевна мне сегодня сказала, что Дина не ночевала дома.

– Ну это запросто мог быть и мужчина. Динка так-то баба интересная, а если не знать, что она с прибабахом, так всякое может быть…

– У них в доме большая оранжерея.

– Ну об этом все знают. Динка со своими хризантемами и на выставки всякие ездит, и телеканал наш местный там репортаж снимал. Погодите, – вдруг осекся Кучеров и, притормозив, съехал на обочину дороги: – Хризантемы… да ну, не может быть.

– Слава, а вы все вместе сложите. Хризантемы, порошок белого цвета на одежде убитых, странное поведение, ненависть к мачехе.

– Нет… ну, это какой-то абсурд, Полина. Назло мачехе сесть в тюрьму? Бред. Да и не стала бы Динка так подставляться. Она, может, психическая, но не дура же – из своей оранжереи цветы на трупы подкидывать.

– Так, может, наоборот? Хочешь спрятать – положи на видное место?

– Ну не знаю… но Динка…

– Я же не утверждаю, говорю только, что нужно проверить. И потом – коллекция кинжалов ее отца. Там вполне может найтись что-то похожее на наше орудие убийства, насколько я понимаю. Честно скажу – полночи в интернете просидела, на сайтах о японском боевом оружии, и не исключаю, что мы можем найти в коллекции профессора Комарца какой-нибудь редкий кинжал с ромбовидный лезвием.

– Абсурд… – упрямо повторил Кучеров и вынул пачку сигарет. – Ну не стала бы Динка так подставляться. Да еще брать что-то из коллекции отца… а если и так, то вряд ли на место потом положила бы.

– Может, чтобы Анита не увидела?

– Да Анита в этом вообще ничего не соображает! Ей предлагали коллекцию эту продать, так если бы не Динка, она б ее за бесценок сбагрила, а там по-настоящему раритетные вещи есть.

– А вы откуда знаете?

– Мой приятель работает в разрешительной системе, у них хранится опись всех предметов из коллекции Комарца – это же оружие. Так вот там пометки стоят – какой век, кто мастер. Читать – слезы из глаз. Пятнадцатый век, шестнадцатый… Вы только представьте, какие это деньги.