Мертвые хризантемы

К чему две машины гонять?

Полина согласилась, однако наткнулась на возражения Вадима, который никак не соглашался поехать по своим делам или в гараж:

– Я откомандирован к вам, что же скажет Анита Геннадьевна, когда узнает, что я всю вторую половину дня бездельничал?

– Если понадобится, я ей все объясню, а на одной машине нам с майором Кучеровым действительно удобнее. Спасибо, Вадим, можете быть свободны. – Полина не собиралась разводить с ним дискуссии, вообще не привыкла к тому, что ей возражают, да еще так активно, но про себя отметила – водитель не хочет, чтобы мэр знала о его отлучке, видимо, получил какие-то инструкции по этому поводу. На всякий случай не стоит при нем вести разговоров о деле, даже косвенных.

Начать решили с театра драмы, и Полина, оказавшись перед зданием, в котором он располагался, замерла в восхищении. Этот стиль архитектуры назывался «сталинский ампир», его невозможно было перепутать ни с чем, и казалось странным, что подобное здание вообще появилось в таком небольшом провинциальном городке, а уж как оно могло сохраниться в почти первозданном виде – и вовсе непонятно.

– Нравится? – спросил подошедший сзади Кучеров.

– Даже дыхание перехватило, – призналась она, не отрывая взгляда от лепнины на фасаде.

– Между прочим, это одно из немногих зданий довоенной постройки, которые используются так же, как и тогда. Оно строилось для театра, им и осталось, его даже в девяностые никто не смог перекупить. Видите фигуры на фасаде? Это персонажи «Оптимистической трагедии», – объяснил Кучеров, указывая рукой. – Ради них даже звезду и герб, непременные атрибуты стиля, сместили на самый верх, их и не видно почти.

– Красота, конечно, невероятная. А внутри так же величественно?

– Почти. Там, конечно, реконструкцию проводили, ремонт капитальный, но фойе сохранилось, даже паркет лежит тот же – представляете, какая износоустойчивость?

Внутри театр оказался почти таким же, как все провинциальные театры, включая тот, что в ее родном Хмелевске. Пожилая вахтерша встала монументом, преградив им путь, потом долго и придирчиво изучала удостоверения и сличала фотографии в них с оригиналами, и Кучеров не выдержал:

– Евдокия Максимовна, что вы там хотите найти? Код банковской ячейки?

– Ты, Кучеров, как был грубияном, так и не изменился, – отрезала вахтер, возвращая удостоверения. – К кому идете?

– Нам бы к гримерам вашим попасть, они на месте? – спросила Полина, пряча удостоверение в сумку.

– Где же им быть. Чаи гоняют у себя, пока репетиция идет. Второй этаж, налево по коридору, третья дверь.