Мертвые хризантемы

Но время шло, а за ней никто не охотился, и Анита осмелела, стала появляться на людях, а потом познакомилась с Александром Комарцом, немного странным, но очень перспективным профессором. То, что у него были жена и дочь, сперва не смущало Аниту, но со временем она поняла, что хочет наконец выйти замуж и стать респектабельной уважаемой дамой. Письмо, написанное жене Александра, произвело на ту слишком сильное впечатление. Но Анита и в этом не считала себя виноватой – каждый выживает как может. Да, остался неприятный побочный эффект в виде Кику, но она не видела в этом большой проблемы. Правда, здесь немного просчиталась, и избалованная взбалмошная девка попортила ей немало крови и нервов, однако и Кику теперь нет в ее жизни.

Анита много думала, пока ехала в такси до аэропорта, и пока летела сюда, в Москву, и точно поняла, кто украл кассету у нее. Это была не Кику – той просто нравилось изводить ее намеками, и, брякнув про темное прошлое и получив реакцию, она использовала это потом просто ради своего удовольствия. Кассету же взял Натан. Больше просто некому, а он имел доступ в кабинет и часто там оставался. Для чего ему нужна была эта кассета, Анита не знала. Да и какая теперь-то разница, если все закончилось? Еще несколько часов – и мэр Осинска Анита Комарец исчезнет точно так же, как когда-то Анюта Горюнова, девочка из заброшенного рыбацкого поселка на самом краю земли.

Вы помните, о чем мечтали в детстве? Я всегда мечтала иметь отца. Да, я хотела, чтобы мой папа забирал меня из детского сада каждый вечер, а не оставлял на пятидневке, как мама, чтобы он приходил на утренники и водил по воскресеньям гулять. Я завидовала всем, у кого были отцы, даже тем, у кого они появлялись только в выходной, зато проводили с ними весь этот день. Мой папа умер, когда я еще не родилась, и мама не любила говорить об этом. Я росла с мыслью, что меня в чем-то обделили, кто-то злой отнял у меня то, чего мне так не хватало – отцовскую любовь. «Пусть у меня будет папа», – думала я, засыпая в Новый год и накануне своего дня рождения, и это было самой большой моей мечтой, хотя я и понимала, что она, увы, несбыточная.

О том, что мой отец жив-здоров, я узнала случайно. Моя мама не отличалась изобретательностью и, как большинство матерей-одиночек того времени, выдумала историю о погибшем родителе. Правда, не учла, что, став старше, я начну подслушивать ее разговоры с тетей Людой – сестрой, в честь которой меня назвали. И вот однажды в таком разговоре промелькнуло имя «Александр» и название «Осинск». Тетка сокрушалась, что, живя совсем недалеко, «этот козел» ни разу даже не навестил родную дочь, не посмотрел, как она выглядит – не говоря уже о том, чтобы «подкинуть деньжат».