Мертвые игры (СИ)

Парни на секунду замерли, не ожидая подобного, а затем торопливо начали вплетать магию в тело умертвия. Работали быстро, ожесточенно и зло, работали на износ. А я обнимала голову орка и шепотом считала секунды:

- Один, два, три, четыре...

- Лучше погромче, - попросил Норт.

Взглянула на него - некромант едва держался, по вискам пот, под глазами тени, губы в одну тонкую линию. Эдвин не лучше - его уже просто трясет всего, слишком большая нагрузка, парни просто не ожидали, что Культяпка будет сопротивляться. Не ожидали, не рассчитали силы, вот и выложились по полной, и похоже ночевать будут тут же - просто не дойдут до общежития. Дану досталось меньше всех, но сейчас он сидел на корточках рядом с Нортом и страховал, готовый подхватить плетение в любой момент.

- Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре...

Норт едва не потерял сознание - мертвенная бледность залила лицо, Дан уже был готов вмешаться, но скрипнув зубами Дастел продолжил.

- Сорок восемь, сорок девять, пятьдесят.

Эдвин убрал руки, встал, пошатнулся... С трудом отошел к надгробиям и рухнул на пол, прислонившись спиной к каменной плите. Его работа уже завершена, и сейчас все было замкнуто на Норте. Справится ли? Не справлялся. Я видела это. Бой с орками оказался изматывающим, бег по лесу, то, как забрались на скалу - Норт вынес меня на себе, а ему пришлось двойной вес поднимать. И сейчас он был измотан, слишком измотан. А Дан уже не мог подхватить плетение - завершающий этап, все сейчас на источнике Дастела закольцовано. Но Норт держался. Я не знаю как, но держался, стискивая зубы и едва дыша. И я сделала то единственное, что могла сделать - сняла свой браслет, который вообще никогда не снимала, и застегнула на его руке. Энергии там немного, но она была, как и блокиратор на случай, если источник начнет поглощать самого Норта. А с некромантами такое случалось.

Дастел вздрогнул, едва щелкнула застежка, бросил на меня мимолетный взгляд и вновь сосредоточился на магии. Зубами уже не скрипел. А я вновь обняла массивную голову Культяпки, чувствуя себя... совершенно незащищенной. Вообще. Впервые с того момента, как погиб дядя Тадор. Ощущение такое, словно частичку себя отдала, но сожалений по этому поводу не было. Я поступила так, как считала нужным, это главное.

- Пятьдесят семь, пятьдесят восемь, пятьдесят девять...

- Все! - выдохнул Норт.

И повалился на каменный пол склепа, тяжело дыша. И он лежал, раскинув руки, глядя в потолок и улыбаясь совершенно шальной, счастливой улыбкой.

- Получилось? - спросил Дан.

- Да, - улыбка Норта стала запредельной и какой-то самодовольной, и я поняла почему, едва он сказал, - получилось даже скрыть следы вмешательства.

- Невозможно! - выдохнул Дан."

"Норт не ответил, он просто лежал и улыбался. Устало, но довольно и весело.