Мертвопись

Против вашего слова будет мое слово и слово вот этого курсанта, которого никак нельзя считать лицом заинтересованным.

– Пропади оно все пропадом! – простонал участковый, закрыв лицо руками.

– Возьмите себя в руки, – тихо, но грозно приказал Гуров и едва сдержал улыбку.

Его приказание звучало несколько комично, учитывая, что Мирошин и так сидел, обхватив свое лицо ладонями. Хотя тут надо было не смеяться, а придумывать, как выкручиваться в этой ситуации всем. В планы Льва не входило прямо сейчас начинать бурное расследование и делать важные заявления по поводу личного состава управления.

– Что вы от меня хотите? – прозвучал вопрос, полный безнадежности, и капитан поднял глаза на Гурова.

– Слушайте, Мирошин, вы в дерьме по самые уши! Хотите выбраться из этой ситуации и хотя бы сохранить немного порядочности? Садитесь и пишите рапорт.

– Какой? – обреченно спросил участковый.

– О том, как вы выехали на место происшествия на кладбище, но пострадавшую уже увезли, напишите, что записали данные граждан, которые были свидетелями случившегося, приведите их данные. Вы их сохранили, они в вашем блокноте?

– Да, наверное, – пожал участковый плечами. – А на чье имя писать рапорт?

– На имя начальника Главного управления уголовного розыска МВД Российской Федерации генерала Орлова. И еще напишите, что найденный на месте происшествия пистолет «ПМ» со спиленным заводским номером вы передали полковнику Гурову в присутствии курсанта Дубова.

Мирошин писал, а Гуров сидел напротив, рассматривал оружие, из которого стрелялась Светлана, и прикидывал возможные варианты развития событий. Скорее всего, Мирошин будет делать все, что он скажет. И будет молчать о случившемся сейчас в его кабинете. Ясно, что в этой ситуации виноват не один участковый. К ней приложили руку и его начальник майор Гришанин, и оперативный дежурный управления, чья смена работала в тот день. А вообще, возможность подобного рода ситуаций инициируется поведением руководства УВД района, вольным или невольным его попустительством. А что люди? Люди, если можно не работать, работать и не станут. Учитывая нагрузку на участковых, на оперативников, им каждое дело, которое удастся с себя перебросить, уже подарок и облегчение.

Когда Гуров с Дубовым вышли из участкового пункта, он спросил курсанта:

– А ты чего кинулся на него? Что за спектакль?

– Как? – опешил Петя от такой странной, на его взгляд, претензии. – Он же в вас целился, угрожал вам оружием?

– Он не стал бы стрелять, юноша, – усмехнулся Лев. – Он был в панике, он и без того трусоват, а здесь его почти с поличным взяли, пистолет этот на него навесили.

– Между прочим, чаще стреляют именно трусы, – с самым серьезным видом заявил Дубов.