Мертвопись

Добавлять посты охраны или нет, увеличивать количество моих сотрудников на территории больницы или нет – дело только наше, в рамках нашего договора. Так что не волнуйтесь на этот счет, здесь все законно.

– Ну, хорошо. Я хотел вас попросить, Роман Тихонович, предупредите ваших людей, что завтра вечером я приеду навестить девушку вместе с одним парнем. Мы просто посмотрим на нее через стекло из коридора. В палату входить не будем.

– Все понял, вопросов не задаю, – усмехнулся Берестов. – Надо, значит, надо. Я предупрежу смену, только вы им удостоверение покажите, на слово они вам не поверят. Дисциплина!

– Рад, что я к вам обратился, – ответил Гуров. – Вы мне очень помогаете, Роман Тихонович.

– Надеюсь, – странным голосом ответил директор ЧОПа. – Жизнь научила читать между строк и слышать между фраз. Удачи вам, Лев Иванович!"

"Доктор Полынов рассказывал о состоянии Светланы подробно, стараясь не использовать медицинскую терминологию, а обходиться понятиями из обычной жизни. В прошлый раз он не сказал, не пришлось к слову, что именно он лечащий врач Моревой и именно он делал ей операцию. Бурные события той ночи прервали общение. А сейчас Гуров, сидя в ординаторской вместе с Петей Дубовым, радовался, что именно Полынов оказался лечащим врачом Светланы. Обстоятельный, неторопливый, заботливый. Как-то вся его внешность и манера общения располагали к симпатии. Тем более к симпатии профессиональной.

– Вы пока не переживайте раньше времени, – улыбнулся доктор. – Нервы надо беречь, отрицательные эмоции разрушают организм. Пока все стабильно, а раз стабильно, значит, организм сам борется, старается, использует свои резервы. А у молодых людей возможности организма в определенной степени безграничны. Молодой организм живет в гармонии с окружающей средой, он черпает энергию извне. Знаете, у геронтологов есть свои наблюдения. Если человеку за восемьдесят, то он уже растерял все возможности использовать внешние ресурсы и использует только внутренние резервы. И любая травма, даже перелом, для организма фатальны в таком возрасте. Организм залечит перелом, но истратит для этого все ресурсы. Многие старики, которые вроде бы жили и бодрствовали, и ничто, так сказать, не предвещало, а один перелом – и все, сгорел человек меньше чем за год. Вот так-то! Сложная это штука – человеческий организм.

– Хорошо, – согласился Гуров и похлопал Дубова по колену. – Будем стараться пока не волноваться попусту. Правда, Петя? Светлана держится молодцом, ей пока лучше оставаться в коме. Организму виднее.

Охранник, проверив документы у Гурова, вежливо отошел в сторону, но не стал отворачиваться. Лев смотрел на лицо девушки и думал о том, что ее ждет, когда она начнет выздоравливать.