Мертвое ущелье

В долю секунды старый охотник успел поймать на мушку прицела голову противника и нажать спусковой крючок. Громыхнул выстрел... И в тот же миг тяжелый короткий кинжал, изготовленный специально для бросания, по рукоятку вошел в грудь охотника, но он, превозмогая острую боль, колющую и разрывающую грудь, разглядел через пелену смертного тумана, что выстрел сделан точно, и только после этого выронил карабин и провалился в бездонную черную мглу. Старик Лихарев, бивший влет не только из» ружья, но даже из карабина куропатку, рябчика, не промахнулся. Пуля попала Фогелю в лоб.

Охотник полусидел, откинувшись спиной на обомшелый валун, и его широко открытые глаза смотрели в глубь тайги, словно он хотел навеки запомнить родные деревья и скалы, убедиться, что больше не видно в его родных лесах чужеземных завоевателей. Вязаная шапочка упала с его головы, обнажив седые длинные волосы. А рядом с ним стоял Помор, ошалело поджав хвост, и преданно лизал шершавые ладони хозяина. Седая, коротко стриженная борода старика Лихарева чуть шевелилась от ветра, и Помору казалось, будто хозяин что-то хочет сказать ему...

Услышав второй выстрел и не дождавшись возвращения Фогеля, Крюгер сам двинулся на поиск. Осторожно обогнул холм и со стороны леса подошел к месту схватки. Уже издали он понял все. Некоторое время стоял, затаившись за деревом. Нет, катера или корабля поблизости не было, никто не слышал выстрелов. Не останавливаясь, глянул на труп Фогеля, прошел к полусидящему мертвому старику охотнику, и вдруг из-за камня со злобным рычанием на него кинулся охотничий пес.

Быстро и сильно Крюгер ударил собаку тяжелым ботинком по челюсти снизу, и пес, всхрапнув, перевернулся в воздухе и замертво рухнул на землю.

Крюгер прислушался, все вокруг было как будто спокойно. Извлек кинжал из мертвого тела, обтер об одежду охотника, убрал к себе за ремень. Взял все оружие — у Фогеля и старика, унес в блиндаж. Теперь он был один. Надо было спрятать тела и следы.

Солдат он снес и свалил в скальную расщелину, забросал срезанными кустами и еловыми ветками. Сверху казалось, что ураган когда-то навалил туда ветки и кусты.

Охотника стянул в неглубокую яму здесь же рядом и тоже забросал сломанными ветками и опавшими листьями.

Трупа собаки на месте не оказалось. Тщательно осмотрел все овраги, разыскивая раненую собаку, потому что не должна она была далеко уползти после такого удара. Но так и не нашел ее. Видимо, все-таки сумела уйти.

Он вернулся на свой наблюдательный пост и улегся, внимательно обозревая местность. Ничего подозрительного не обнаружил. Снова беспокойные мысли одолели его. Да, этот охотник чуть было не убил его самого. Если бы первым вышел на рассвете не радист, а он, то сейчас бы он лежал в расщелине скалы с простреленным черепом.