Мертвое море

Хотя воспоминания о Ксане и разбудили во мне мужское начало, и я теперь посматривал на Сюзанну оценивающе, с дальним умыслом. Точнее, не столько с дальним, как с самым вульгарным.

Потому и объяснил:"

"– Будешь подробно отвечать на все мои вопросы. Ну и перекусить можешь, здесь на всех хватит.

Когда она присела аккуратно на стул, держа спину прямо, а подбородок поднятым, в ней уже свирепствовала аферистка, полная умения искушать, заигрывать и сводить с ума любого здорового мужчину. Довольно изящно она взяла один из плодов, очень сексуально надкусила его и только потом стала уточнять:

– А чем мне придется расплачиваться за угощение?

Пришлось на нее опять прикрикнуть:

– Информацией и сплетнями! – Ага, вновь испугалась! Вот и правильно, нечего здесь из себя великую куртизанку строить. Если захочу, знаю самый легкий способ склонения к интимным ласкам: достаточно просто уговорить. Ну а пока уточнил: – Рассказывай все о художниках, которые обитают при дворе князя. Ну и о том, как он сам и княгиня относятся к красивым картинам и портретам.

Умная девочка. В который уже раз, осмотрев меня с ног до головы, пришла к какому-то решению и покладисто пустилась в повествование:

– Наше Рассветное княжество издревле славится своими великими художниками…

Знала она на удивление много по этой теме. Перечислила с искренним восторгом десяток имен из прошлого. Затем добавила десяток современных живописцев. Перечислила даже, кто и какими картинами, фресками или портретами больше всего прославился. Хоть имена для меня казались пустым звуком, но феноменальная память уложила информацию в нужную клеточку оперативной памяти.

Непосредственно нынешний князь, в противовес своим славным предкам, оказался фанатом скульптуры. Также он млел перед изделиями из тонкого фарфора. Любил поэтов, коими пытались выглядеть все придворные. Плотно якшался с музыкантами, певицами и танцорами. Даже заметно поощрял деньгами лучших швей и портных, диктующих новую моду в одеждах. А вот художников – не баловал. И частенько повторял:

– Нынешние совсем разучились творить! Портрет толком нарисовать не могут! А потому гнать этих маляров от меня как можно дальше! Чтобы я их даже не видел!

Конечно, несколько живописцев около двора отиралось, да и во всем княжестве умеющих рисовать, писать, создавать копии и раскрашивать – хватало. Но это уже была заслуга княгини. Это она понимала необходимость воспитания талантов с самого низа, да и выделяющихся самородков привечала, приподнимала с самого дна засасывающего быта. Так что если появлялся в княжестве заезжий художник и хотел улучшить свое финансовое состояние, то ему всеми правдами и неправдами следовало добиваться аудиенции у княгини.