Мертвец с улицы Синих Труб

Он изо всех сил сдерживался, чтобы не повернуть голову и не посмотреть на нее. Ему не хотелось думать о том, что будет, когда вагон остановится. Вот бы еще немного с ней поговорить – он очень давно ни с кем так не говорил, даже с доктором Доу. А еще ему захотелось, чтобы вагон ехал и ехал, бесконечно…

– Нам нужно придумать, как отсюда выбраться, – нарушил он затянувшееся молчание. – С каждым ярдом, что проезжает вагон, наше положение становится все хуже.

– Что если мы прикинемся? – спросила Лиззи. – Как будто не освобождались? Они решат, что мы спим, и потеряют бдительность.

– Я думал об этом. Но мы все равно попадем к ним в лапы. Кто знает – может, они нас свяжут сразу же, как достанут из вагона. Или введут еще снотворное – на всякий случай. Должен быть выход…

Лео потер виски, пытаясь сосредоточиться, но на ум ничего не приходило. Окон в вагоне не было – кроме того, что в кабине. Там же, вероятно, располагались двери для машиниста, но к ним подобраться, незаметно минуя автоматона, было невозможно.

«Как же проскользнуть? Как?!»

И тут он понял, что делать. Кажется, это был единственный вариант.

– Вы что-то придумали? – спросила Лиззи, проследив за взглядом Лео и отметив мрачную решимость, вдруг появившуюся в его глазах. – Вы что, хотите напасть на машиниста? Остановить вагон?

– Нападать на него, пока мы движемся, очень опасно. Вдруг вагон перевернется…

– Тогда что?

– Когда мы прибудем и вагон встанет, я отвлеку машиниста, а вы проскользнете мимо и броситесь бежать как можно скорее.

– Как вы его отвлечете? Вы решили пожертвовать собой?

– Мисс Хоппер, вы…

– И слушать ничего не желаю!

– Мисс, вы должны понять. Мне ничего не будет, потому что я уже мертв. Так что даже в худшем случае ничего не изменится. Разве что я просто перестану думать и говорить…

– Не хочу, чтобы вы переставали думать и говорить! – Лиззи раздраженно сморщила лоб и отвернулась.

– Будете хмуриться – превратитесь в хряккса, – сказал Лео. Лиззи глянула на него с таким возмущением, что ему на миг даже стало страшно, и он поспешно добавил: – Так бабушка говорит.

– Я морщусь, потому что вы болван, – сделала выпад Лиззи. – И вообще, я обожаю хрякксов.

– Терпеть их не могу.

– А я вас терпеть не могу.

– Это взаимно.

– Что-о? Меня все любят!

– Кроме меня.

– Почему это?

– Я же сказал, что терпеть не могу хрякксов.

– Ах вы…

Лиззи уже вскинула руку, чтобы как следует садануть этого возмутительного наглеца, но Лео внезапно произнес:

– Уверен, у вас есть ради чего жить…

И она замерла с поднятой рукой. А потом опустила ее.

– Мой брат. Без меня этот недотепа пропадет: в том, что не касается его службы, он беспомощен, как ребенок. Я забочусь о нем. – Лиззи всхлипнула.